Книга Рунник, страница 120 – Константин Борисов-Назимов

— Марина Евгеньевна, простите, — перебил я, — о каком переводе речь? Аттестат у меня с собой, осталось сдать экзамены, да и то это необязательно.

— Почему это необязательно⁈ — возмущенно, хором спросили Естафьева и Трофимова, посмотрели друг на друга и вновь одновременно выдали: — Тебе же дальше учиться!

Хотел им ответить, что забыл их спросить, как мне жить и чем заниматься. Сдержался, не стал хамить, вспомнив, что в их глазах, особенно Марины Евгеньевны, выгляжу совсем уж молодым человеком. А вот Ирина ко мне как-то настороженно стала относиться, особенно после того, как у бани застала. Не своих ли желаний Трофимова испугалась? Следовало, пока шли к дому посмотреть на ее ауру. Вечно забываю о своих различных возможностях! Ничего, привыкну и тогда жить станет легче, но не факт. Зачастую много знать вредно!

— Экзамены легко сдам в нужный момент и свободное время, — пожал плечами, объясняя свою политику. — Сейчас не до них и не вижу смысла.

— Нет, Алексей, так дело не пойдет, — отрицательно покачала головой Трофимова. — Мы с тобой кое о чем договаривались, могу напомнить, если забыл.

О чем это она? Я даже память напряг, пытаясь вспомнить обещания, которые ей давал. Вроде бы ничего такого, если не считать, что номинально она главная. А всё, что касается принятия решений для проживания нас четверых, как семьи — на ее плечах. Гм, она посчитала, что за меня отвечает? Смешно! За ней самой глаз да глаз нужен.

— Паря, ты это зря, — буркнул Петрович, встав на сторону Трофимовой, — без официального подтверждения, что получил полноценное среднее образование, тебе сложнее заняться любимым делом. Марина Евгеньевна не поставит на ответственное направление, а следовательно, — он поднял вверх указательный палец, — не получишь того, что заслуживаешь.

В итоге, они убедили, что сдать экзамены лучший выход, а так как я ничего не теряю, кроме времени, то согласился:

— Хорошо, пусть будет по-вашему, заяву в школу напишу.

— Отлично, — потерла ладоши деловая бабка. — Еще и о приеме на работу в анклав бумаги заполни. Остальные документы касаются правил проживания в Медвежьем углу и вашего дома с участком. Кому какие доли определите самостоятельно, но девочки, так как они несовершеннолетние, получат по двадцать пять процентов. Продажа недвижимости и земли в анклаве не приветствуется и требует согласования с советом по управлению проживанием в этой местности. Если надумаете навсегда уехать, то всё, что оставите перейдет сообществу на безвозмездной основе.

— Другими словами, у нас ничего своего тут не будет? — уточнил я, размышляя о том, что бесплатный сыр в итоге стоит слишком дорого.

— Почему же, это все ваше, — обвела взмахом руки пространство вокруг себя Естафьева. — Алексей, ты, наверное, плохо понял. Пока здесь живете или даже уедете, но время от времени будете возвращаться и поддерживать свою недвижимость в достойном состоянии, то никто у вас этого не отнимет. Насчет продажи — да, таковы реалии, некому ее тут покупать, а если потребуется и найдется желающий, то этот вопрос обсуждаем. Главное, чтобы новые жильцы прошли собеседование и устраивали сообщество, проживающее на этих землях.

— Так все же получается, что мы получаем много, а взамен ничего не даем, — произнесла Аня.