Книга На краю Земли, страница 109 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

Я медленно двинулся по улице, стараясь не смотреть по сторонам слишком долго, хотя взгляд сам цеплялся за каждую деталь.

— Есть кто-нибудь⁈

Ответом стала тишина.

— Яков! Анатолий! Виктор!

Я выкрикивал имена одно за другим, но слышал только собственное эхо, которое глухо возвращалось от разрушенных домов. Я ускорил шаг. На том месте, где сейчас стояла летняя кухня Дарьи, лежала груда почерневших брёвен. Возле колодца валялось старое ведро — перевёрнутое и наполовину ушедшее в белёсый налёт.

Ни тел, ни костей, ни следов боя, ни даже крови. От этого становилось только хуже.

Я остановился возле одного из домов. В разбитом оконном проёме что-то белело, и, подойдя ближе, я увидел большой кокон человеческого размера. Сверху он был плотно затянут тонкими нитями Мицелия. Несколько секунд я просто смотрел на него, пытаясь понять, есть ли внутри кто-нибудь, а потом заставил себя отвернуться.

Нет. Я не собирался узнавать, что там находится. По крайней мере, пока.

Улица вывела меня к центру поселения, туда, где проходил наш сход. Теперь площадь покрывал толстый слой белой пыли, и мои шаги почти не издавали звука. Каждый раз сапоги оставляли глубокий след.

Церковь ещё стояла, хотя выглядела так, будто чудом пережила не одну катастрофу. Тёмная, без креста, с провалившейся половиной крыши, она была оплетена белыми жгутами от основания до самой маковки.

— Это не настоящее, — произнёс я вслух, скорее пытаясь убедить самого себя. — Я всё ещё в подземелье.

Ответом снова стала тишина.

«Система?»

Ничего. Я напрягся и повторил попытку:

«Система, определить местность».

Молчание.

«Определить Мицелий».

Никакого ответа. Вот теперь внутри действительно стало холодно. Система могла отвечать не всегда, могла чего-то не знать, но раньше интерфейс хотя бы оставался со мной. Здесь же не было даже его.

Я посмотрел на собственные руки. Они были моими. Меч висел на поясе, и, вытащив его, я увидел обычный клинок без голубого ореола и каких-либо других признаков силы.

— Прекрасно, — пробормотал я, стараясь не выдать охватившее меня раздражение.

Именно в этот момент я почувствовал давление. Это был не взгляд и не ощущение чьего-то присутствия, а именно давление, словно окружающее пространство вдруг стало тяжелее. Воздух загустел, и каждый вдох начал даваться с усилием.

Я резко обернулся, но никого не увидел. Позади оставалась пустая улица, справа темнели разрушенные дома, слева тянулись белые нити Мицелия. Они пульсировали. Медленно, почти незаметно, но разом. Я раньше этого не замечал, а теперь вдруг увидел: от тончайших нитей на земле до толстых жгутов на стенах — всё двигалось в одном ритме. Пульсация повторилась, а затем ещё раз, и у меня возникло неприятное ощущение, будто всё поселение являлось одной огромной живой системой.

Сердце забилось быстрее.

«Чуткий ветер».

Я попытался вызвать навык, но ничего не произошло. Попробовал ещё раз — и снова получил лишь пустоту.

Давление усилилось. Дышать стало трудно, а когда я шагнул назад, нога провалилась в рыхлый слой почти до щиколотки. Выдернув её, я заметил, как под белой пылью что-то шевельнулось.

Нет! Хватит! Я развернулся к церкви и пошёл быстрее, почти сразу перейдя на бег. Если здесь сохранилось хоть что-то от Поречья, ответ должен был находиться там. Однако уже после первых шагов стало ясно, что я не успею. Воздуха не хватало, в груди тяжело стучало сердце, а перед глазами начали плавать тёмные пятна. Белые нити вокруг будто светились всё ярче, хотя, возможно, это уже просто мерещилось.