Книга Трон галактики будет моим! Книга 11 — Призыв к оружию, страница 101 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Маскарад со спасением? — улыбнулась бабуля. — Всё, как я люблю. И Василию Гавриловичу небольшая пауза пойдет на пользу, а то у него сердце. И на Первопрестольной я давно не была. Я в деле.

— Тогда погнали! — довольно возвестил я, перевешивая мою саперную лопатку на пояс с прежнего костюма.

Я без средств оперативного окапывания из дома ни ногой, сколько раз уже убеждался в справедливости этого жизненного принципа.

Остальные как раз закончили наряжаться в роскошные сиротские лохмотья.

А бабулю переодевать — только портить.

И мы пошли из гардероба по подземному переходу прямо на космодром. Там поднялись по защищенному частному эскалатору в обзорную башню Семеныча, оттуда в ангар, где меня ждал мой скромный до стеснения, молчаливый челнок «Иолай», на котором мы и допрыгнули со всем старанием до сектора орбитального дрейфа трех систер-шипов проекта «Василиск», трех богинь судьбы — «Клото», «Лахезис» и «Атропос».

Вот к последней, на которой ходил контр-адмирал этой маленькой эскадры, Святослав сын Эдмунда, мы и пристыковались.

Святослав Эдмундович, старший среди наших Сирот и почти польностью седой, на пару с выстроенным под линейку экипажем встречал нас во всем великолепии на причальной палубе «Атропос».

— Ваше Высокопревосходительство, главнокомандующий, — со вкусом произнес Эдмундович. — Приветствую вас на борту «Атропос».

Козырнул бабуле:

— Мадам…

— Кажется, мы здесь впервые, — улыбнулся я, крепко пожимая ему руку.

— Так точно, — качнул Эдмундович огромным беретом на голове. — Сегодня вы в форме Сирот?

— Очень хороша для тела, — усмехнулся я. — Совершенно не стесняет.

— Это так, — согласился Эдмундович.

— Главнокомандующий на палубе, — вкрадчиво проговорил сверху приятный женский голос корабельного искусственного интеллекта. — Экипаж, отдать честь.

Ишь ты, честь отдают. Уважают значит.

— Кстати, называйте меня пока «господин рыцарь», — добавил я. — Это приказ.

— Так, точно, господин рыцарь, — кивнул Эдмундович.

Глухой клокочущий рык был ему ответом. Из бокового коридора выскочил и помчался к нам огромный двуногий зверь.

Я не стал стрелять или выхватывать лопатку, чтобы зарубить атакующее животное. А прищурился и мрачно уставился грозным взором навстречу и атакующий молодой птицераптор затормозил, проехал присев на задницу несколько метров, пока не замедлился совсем и очень сильно засмущался.

— Кайзер! К ноге! — прорычал Святослав Эдмундович.

Ага. Ну я так и знал. Домашний питомец. Корабельный, всмысле. Вон у него и ошейник есть.

— Кайзер? — приподнял я вопросительно бровь. — А он одному моему знакомому Цезарю случайно не родственник?

— Случайно, родственник, — ответил Святослав Эдмундович щекоча Кайзеру шею под клювомордием, а раптус пёрся, глухо клокоча горлом. — Первенец из первой кладки.

— Понятно, — усмехнулся я.

Похоже, Эдмундович затаил недоброе за тот памятный завтрак в беседке, когда Иоланта с Вовой стращали бравых капитанов моими раптусами Юлием и Цезарем, и хотел провернуть праведную месть за прошлый раз, да как-то не задалось.

Но Иоланта, выходит, таки-убедила непоколебимого капитана обзавестись собственным питомцем!

Какой, однако, ты у нас злопамятный, Эдмундович. Или просто память хорошая?

— Прошу на мостик, — смущенно пригласил нас Эдмундович, взяв раптуса на поводок. — Курс на Первопрестольную?