Книга Трон галактики будет моим! Книга 10 — Мёртвая рука, страница 32 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Император нас приглашает, — произнес я. — А когда Император приглашает, он ожидает, что приглашенный явится пред его августейшие очи со всей возможной скоростью. Улетаем сегодня.

— Думаешь, он знает? — спросила Даша, серьезно обдумав мои слова.

И, конечно, я понял, о чем она. Знает ли Император, что я тот самый.

Что я, тот кто я есть.

— Конечно, он знает, — решительно ответил я. — Иначе никто не стал бы приглашать меня в Дворец раньше, чем я достигну положения в сотне Принцев-Претендентов, а мне до неё ещё весьма такое нехилое расстояние нужно преодолеть.

— Это будет опасно? — уточнила Даша.

— Можешь быть уверена, что опасно, — подтвердил я. — Нужно запастись неприятными сюрпризами. Компактными, но разрушительными. Чтобы, если что, кровью умылись.

Надо бы взять с собой заветную бомбу, что Октавия носит с собой металлическом чемоданчике, но, боюсь императорскую панцер-инфантерию не удастся убедить, что это скромный дар его Величеству в ознаменование долгожданного воссоединения после стольких лет. Не пустят нас просто в Дворец с бабулиной заначкой, придется другие менее броские инструменты доставать из сундука…

Кстати! А подарки? И то верно, ко Двору — и без подарков! При дворе подарки любят, жить без них не могут. Там вообще без этой пошлины самые простейшие дела не решаются. Воздуха на самый короткий вдох, зажмут, без мзды не напросишься. Нас там самый распоследний лакей не поймет. Блин, придется потрошить городскую заначку на предмет извлечения, драгоценных камней, редких металлов и экзотических произведений искусства.

Ненавижу. Заранее ненавижу. Всё нажитое непосильным трудом… Моя ростовая статуя из палладия на главной площади города перед моим дворцом. Даже две статуи. Все рассуют по карманам придворные чинуши. А иначе-то никак. Знаем, плавали уже.

Ну, вот я и составлял списки того, что нужно погрузить на «Принца Евгения». А потом и на «Скотинку», в котором нас и перебросят к Лунному Дворцу. А Даша тем временем примеряла гардероб в окружении горничных, под чутким, но жестким руководством Иоланты.

— Подтянуть ботфорты, — мрачно командовала Иоланта указуя грозным пальцем с черным маникюром и горничные бросались подтягивать и надаривать платиновую кожу изысканнейших сапог. — Складки расположите повыразительнее. Выразительнее, я говорю! Ну вот, что вы творите⁈

Кажется, моя придворная кутюрье неистовствовала, охваченная лихорадкой стремительных приготовлений.

— Что они у вас сейчас выражают, я спрашиваю? — лютовала Иоланта. — Какое такое послание они у вас сейчас транслируют всему миру? Простите, я здесь проездом? А они должны орать! Кричать! Доносить свою мысль, как удар в зубы длинным каблуком. Это повелительница мира попирает ваш убогий дворцовый паркет! Стоять! Всем стоять ровно, недвижимо! Пока она шествует к своей великой цели! Я ясно выражаюсь? Ну так действуйте!

— По-моему, так уже достаточно вызывающе, — с ноткой легкого протеста в голосе произнесла Даша, замерев с поднятыми руками в позе напуганного манекена.

Мелкая Иоланта сумрачно и несколько свысока покосилась на высоченную красотку Дашу, чем сильно её засмущала.

— Достаточно будет, когда я скажу, — буркнула Иоланта, мелкая дьяволица.

Я даже на мгновение отвлекся от списков, заметив явно расстроенную физиономию ученицы.