Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 95 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Руперт повернулся ко мне, прищурился и произнес:

— Вы претендуете на титул главнокомандующего всего человечества?

— Полагаю, возможно — однажды это произойдет, — пожал я плечами. — И скорее рано, чем поздно.

— Что ж, я готов принести вам мой оммаж, за этот домен! — Руперт внезапно встал на колено, вынул бластеры и положил их к моим ногам. — Примите мою присягу, мой император!

Вот же блин! Только что самопровозглашенный король Руперт, принес мне присягу, как императору Человечества. И он не ошибся, император и означает главнокомандующего всеми силами.

Но тут я неожиданно понял, что в нашей ситуации это — открытая измена.

Да блин!

Вот же палево!

Король Руперт назвал меня императором. Публично. Вот так в частной беседе уже образовался состав расследования для Имперского Трибунала в деле об измене.

— Встаньте же, — прошипел сквозь зубы я. — Я принимаю вашу присягу, только встаньте.

Руперт поднялся. Блин, надеюсь его не все в округе услышали, а если услышали, то не поняли.

Вот так и имей после такого дело с сумасшедшими. Вот всё у него так.

Ладно, надеюсь, меня раньше убьют, чем Трибунал до меня доберется, и я буду вынужден объявить официальный рокош — вооруженную претензию на трон Империи. Я драматически к этому сейчас не готов. И вообще, я собирался без этого старого доброго обычая императорской семьи обойтись. Точно не раньше, чем доберусь до второй сотни Претендентов в списке Системы Наследования.

Иначе — это бессмысленный фальшстарт, хлопок в лужу. Это будет не преступление, а гораздо хуже — это будет ошибка, бесполезная и бессмысленная. Роковая и не исправимая.

— Оставляю дела здесь на вас, дорогой Руперт, — как мог вежливо улыбнулся я. — А теперь я вынужден откланяться, дела не ждут.

— Конечно, — ответил с серьезной улыбкой Руперт. — Я понимаю. И знайте. В моем домене вы всегда найдете укрытие и помощь. Помните об этом.

— Конечно, — ответил я. — Не забуду. Октавия, передай нашему другу права суперадминистратора на его вассалов.

— Сделано, — отозвалась Октавия.

Судя по выражению лица Руперта, это действительно было сделано. Удачи тебе с ними, приятель. Надеюсь, ты не свихнешься ещё больше в этой глуши. И Олдриным не скоро попадешься на глаза. А мы с Олдриными тем временем оформим останки «Прозерпины» как герберскую военную базу хранения на Войпеле, с бессрочной символической арендой, а тебя устроим как её единственного хранителя. Комар носа не подточит.

А у меня будет своя независимая точка опоры на планете. Если вдруг что.

Эти самые «если вдруг что», со мной так часто происходят в последнее время…

На том мы все и разошлись, довольные друг другом и собой.

Мои практиканты уже устроились в челноках. Никто не скорбел о вещах, брошенных в недрах погибшего корабля. Соратники рядом, оружие под рукой, что еще надо, чтобы встретить зрелость? Эти ребята побороли вещизм и научились, наконец, верно расставлять приоритеты.

С тем мы и покинули Войпель, планету моей первой коалиционной войны в качестве приватного адмирала. Второе боевое крещение в каком-то смысле.

Через полчаса я вышел из челнока на причальной палубе моего флагмана «Принца Евгения».

— Адмирал на палубе! — рявкнул Евгений во все громкоговорители. И все, кто собрался в стройные ряды, чтобы меня встретить и мог видеть меня в этот момент, шагающего на палубу из челнока, вытянулись и отдали мне честь.