Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 62 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Но — тут сам попросил, знал, на что иду.

— Адмира-ал! Выскопыр… Я знала! Я зна-ала! — заявила она, вваливаясь в мои апартаменты и хлопнув меня по груди. — Вы прячетесь от меня! Высоко-пре-вос-хо-дительство!

Молодец, выговорила всё-таки. Хоть и по слогам.

— Вот как? И зачем же, дорогая моя, мне это делать?

— Понятно зачем! Потому что боитесь!

— Действительно, боюсь, вы же такая страшная и опасная, — кивнул я.

— Вот и правильно! Вы… боитесь проиграть! — сказала Агата и назидательно тыкнула мне пальцем в грудь.

— Во что же, любезная Агата Ивановна?

— В карты на раздевание, конечно же! Октавия всё рассказала! Говорит, что вам нет равных в этой игре! И что вас невозможно обыграть. Как бы не так!

Мысленно похвалил Октавию — молодец, разыграла как по нотам.

— Карты, надо полагать, вы взяли с собой? — предположил я.

— Конечно! Вот! — она сунула руку в лифчик и достала новую колоду. — Проверяйте! Не краплёные!

— Проходите, располагайтесь. — я кивнул в сторону спальной зоны. — Как вы понимаете, в карты на раздевание по канону следует играть непосредственно на кровати.

— Вы что, адмира-ал, домогаетесь меня-а⁈ — не то возмутилась, не то воодушевилась Агата.

Но сама мигом оказалась у меня на кровати, вскрыла колоду и принялась тасовать.

— Козырь — пики. Ну-с, адмира-ал, вы уже решили, с какой частью гардероба расстанетесь в первую очередь?

— А мы разве не будем указывать противнику, с какой деталью расстаться вначале? — уточнил я.

— Хм…

Она прищурилась, похоже, обрадовавшись такому повороту.

Ох, милочка, не на того напали! Хотя первый кон я, конечно, проиграл, забрав бубновую даму. Пусть подрасслабится.

— Китель! — приказала она.

Ну, мой офицерский китель, разумеется, оказался на полу кровати.

Следом мы перекидывались семёрками, которые в итоге оказались биты моими девятками. Затем в ход пошли двойки, которые были успешно побиты. После пришла козырная тройка, которую Агата решила прибрать себе и не бить.

— Чулки, — потребовал я.

Чулки она бросила мне в лицо, грозно нахмурившись.

Следом со столь же грозным выражением лица в меня полетела блузка, затем, после обмена четвёрками — юбка.

— Тебе не обыграть меня, адмирал! — грозно сверкала глазами госпожа страховой инспектор Флотского Банка.

— О, дорогуша, цель несколько выше, чем просто обыграть тебя, дорогуша! — прищурился я.

— Так какая? Какая цель⁈ А, я всё знаю! Просто ты по уши влюбился в меня, как только увидел, так? И тайно мечтал меня соблазнить? Отвечай!

Надо сказать, если бы моё сердце было свободным, и если бы я увидел её впервые вот в таком виде — с дорогущем белье у себя на кровати, то, пожалуй, ответил бы утвердительно. Как минимум — на последний вопрос.

Но… Агата заблуждалась. Очень глубоко заблуждалась.

— Это называется «проекция», милочка. Вы проецируете свои тайные чувства на меня, считая, что это я должен проиграть и сдаться. Но у вас не получится, Агата Иванова, — заявил я. — И, кстати, мы не переходили на «ты». Давайте сохраним деловые отношения, ведь вы же мой страховой инспектор.

И выложил пару валетов — бубнового и пикового.

Агата ахнула, глубоко вздохнув. И, кажется, значительно протрезвела.

— Берите, берите, Агата. И снимайте… ладно, так и быть — лифчик. Был бы я чуть более жестоким — потребовал бы немедленно снять нижнюю деталь гардероба. Но в этом случае вы бы окончательно потеряли бы концентрацию.