Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 19 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Вы хотите сказать, что планирование не имеет смысла? — осторожно произнес одаренный Ваня.

— Я уже говорил, и повторю. Люди не могут предсказать будущее, даже в форме прогноза, — поморщился я. — Они могут ощущать, что их ждет, но даже рефлексия на этот счет разрушает предсказательную силу. Да, наш мир состоит из типичных элементов и повторяющихся событий. Их можно учесть, сделать частью плана. И выживает тот, кто лучше всего к такому будущему приготовился. А побеждает тот, кто это будущее формирует. К своей пользе, конечно. А самые разрушительные — непредвиденные невероятные мелочи. Чёрные лебеди. Они способны опрокинуть все.

— Так как тогда планировать боевые действия? — озадаченно произнес Ваня.

— Человек смертен, — ответил я. — Он внезапно смертен. Но это не повод изменять себе и опускать руки. Познай самого себя. Познай своего врага. Познай место столкновения. И доверься будущему. Столкновение неизбежно. И то, что после всем станет очевидно, и понятно как, надо было действовать самого начала, я могу сказать уже сейчас. Но мы узнаем это только когда оно закончится, и победитель расскажет миру свою историю.

— Как-то это всё… — кажется расстроенно произнес капитан Раевский. — … чересчур фаталистично, на мой вкус.

— Тогда лучше, конечно не заниматься космическими войнами, — пожал я плечами. — И планетарными, пожалуй, тоже. Но мы занимаемся именно ими. А значит — действуем в условиях информационной неопределенности. Ничего нового, господа. Даже на парадах ломают шеи, я сам такое видел. Риск всегда с нами рядом, но мы же продолжаем жить и сражаться?

— А эти Мастера Никто, которые оккупировали Войпель, — произнес Ваня. — В целом. Они способны создать нам проблемы?

— Вам лучше поверить, что да, — усмехнулся я. — Ещё как. Жду не дождусь, чтобы узнать, что они для нас припасли.

— До выхода из прыжка осталась одна минута, — произнесла Октавия, и ее услышали все.

— Приготовьтесь, господа, — произнес я разворачиваясь вместе с креслом к боевому экрану. — Скоро мы все точно узнаем.

Я перешел в пилотский режим. Рубка для меня исчезла. Черно-белая сфера симуляция прыжка, созданная «Принцем Евгением» для меня сменилась видом на реальные звезды из бортовых телескопов, перехватывающих все доступные на курсе фотоны и обратившие их в изображение углубляющееся и детализируемое со скоростью света.

На звезды и на атакующие наше первое кольцо вражеские корабли.

Кольца «Железного червя» одно за другим вылетали из прыжка в обычное пространство. Мы были во втором. И корабли первого кольца уже палили из всех орудий по стремительно приближающимся на встречном курсе кораблям противника. Мы попадали, атакующие корабли не меняли ни курс, ни скорость.

Какого черта…

А потом в нас прилетело первое попадание. А потом второе. Тандемный комбинированный выстрел, ком плазмы, а за ним облако вольфрамовой дроби! Нас тряхнуло и едва не выбросило бы меня из кресла, но оно цепко меня держало в своих объятиях.

Плазма перегрузила силовые щиты передней полусферы, они погасали всего на пару мгновений, но дробь уже влетела в незащищенный нос. Корабль изрешетило в десятке мест разом. Я едва успел поставить кокон, он закрыл примерно треть корабля. Кокон, вспыхивая фейерверком остановил килограммовые дробины на субсветовой скорости, тут же испарившиеся с ударной волной разлетающегося металлического газа. А потом кокон кончился. Нос корабля разворотило до самой границы погасшего кокона. Фактически треть корабля превратило в рванину.