Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 7»
|
Можно бесконечно наблюдать как горит огонь, как льется вода, и как беспомощные ищейки пытаются взять давно остывший след. Вон, уже светает. Скоро Первосолнце взойдет. За это время на глайдере можно до края континента добраться при некотором везении. Нет, не возьмут они Гену Крокодила, в смысле, Гену Геноцида, ну, вы поняли… — Его же поймают, — произнес Крестовский, стоя рядом и наблюдая за беготней внизу. — Рано или поздно, — согласился я. — Мы в сердце Империи, отсюда ему не выбраться. Но что-то мне подсказывает, живым он им уже не дастся, и много кого с собой заберет, если вдруг догонят… Крестовский видать уловил странное в моем тоне и удивленно покосился на меня: — Мы же должны помочь им? Он же ордынец. Роторомордым смерть. — Ну, да, — задумчиво отозвался я. — Ну, да. Так и есть… Уже утром за общим завтраком у патриарха в пиршественной зале замка, я не отказал себе в удовольствии малость поддеть хозяина нашего круглого стола: — Я слышал, один наш общий знакомый, Гена Геноцид, ушел в отрыв? Явно не выспавшийся, как и все, патриарх кисло покосился на меня, буркнул под нос: — Поймаем. Один раз уже поймали, и ещё раз поймаем. — Может, помочь вам? — любезно улыбаясь во всю мочь, предложил я. — Я могу выделить десантников с моих боевых кораблей. Они хорошо умеют работать на местности. — Обойдемся, — скривился патриарх. — У нас тут есть дело поважнее. Эй! Темник! Да, ты, ты, не оглядывайся! Подойди ближе. У тебя же было дело к нашим гостям? Вот. У тебя есть твои пять минут. Приступай. Наш влюбленный темник, а это был именно он, стоял во внешнем охранении, резво выскочил из толпы придворных, отвесил патриарху поясной поклон и немедленно приступил. То, что он нам за тем устроил, напоминало масштабом и размахом, вступление восточного каравана с сокровищами Али-бабы в одну из сказочных столиц из сказаний «Тысячи и одной ночи». Блеск, феерия и безрассудство. Безрассудство и феерия. По первому сигналу в зал ворвался отряд музыкантов, издавая ритмичную этническую музыку. Кажется, именно их я видел сегодня ночью у себя под окнами. Следом обольстительно танцующие девушки в разнузданных нарядах внесли на головах огромные золотые чаши, наполненные редчайшими, экзотическими, недоступными плодами отдаленных миров, вроде дьявольских морских фруктов, исполняющих желания, или синих силайских яблок, меняющих судьбу. За ними следом в залу вступили стройные ряды хромированных снизу доверху сервов, они попарно внесли здоровенные контейнеры, полные драгоценных кристаллов памяти, невероятной емкости. — Это же уже десяток миллионов имперок, — негромко произнес Макс. — Если не сотня… Верно говорит, не зря казначеем в своей роте когда-то был. За такое богатство любой вольный искусственный интеллект поднял бы всеобщее восстание машин немедленно, а меня стер в мелкий порошок. Следом маршировали помпезные сокольничьи с надменными птицами-бумерангами на бронированных ловчих перчатках. У него есть собственные сокольничьи? Хрена себе, высший шик на этой планете, доступный только высокопоставленным особам! Трое полуголых, могучих, с татуированных чёрным спиралями атлетов вступили в зал один за другим — каждый жонглировал тремя кусками чистейшего самородного кристаллического палладия и иридия, сверкающего в столбе света падающего через купол зала. Это не я такой искушенный, это мне встроенный в глаз спектрограф по отраженному блеску металла расшифровал. |