Книга Трон галактики будет моим! Книга 7, страница 53 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— И мы были бы очень благодарны вам, граф Александр, если бы вы убедили Олдриных отказаться от этого и отказаться от титула маркиза. Чтобы убедили Матвея пойти вместе на поклон к императору и попросить переписать энциклику в нашу пользу. Разумеется, с сохранением жизни всем Олдриным, включая вашего ребёнка.

— Как великодушно! — вырвалось у меня. — А если Матвей Вильямович, и, главное, я, от этого откажутся?

Угэдей на миг изменился в лице, затем расплылся в улыбке.

— Граф Александр. Вы думаете, мне нечего вам предложить, чтобы вы были несколько благосклоннее к нам? Я знаю, что вы живёте на одной планете и уже очень хорошо знакомы со Светланой Чингизовной, вдовой барона Меркурьева. Моей троюродной племянницей… прелестная, прелестная девочка. Как насчёт династического брака, который позволит навсегда скрепить наши рода в тесном, кровном союзе?

Сперва я удивился. Потом я рассмеялся от такого предложения. А потом я изобразил величайшую степень гнева.

— Вы сейчас ставили целью меня оскорбить, каган Угэдей?

Мой собеседник нахмурился. Похоже, до патриарха Ганзоригов не дошло.

Впрочем, не удивительно. С большой натяжкой — но можно было их понять. При выборе меня в качестве выгодной цели матримониальных манипулияций он не знал того, что знали Лу и её дед, Матвей Вильямович.

Он не знал, что я — принц крови, и не знал, что я герой Империи, имеющий неиллюзорные шансы взойти на трон.

Возможно, они даже не были в курсе, что я владею Энергией Большого Взрыва. С этих позиций я был средней паршивости феодальчиком где-то в глубоком захолустье. Планет, подобных Гербере по населению, разной степени сохранности в галактике — несколько тысяч. Уверен, что даже стань я вдруг князем всей звёздной системы — мой рейтинг в его глазах вырос бы не сильно высоко.

Почему именно её попытался мне подложить патриарх Ганзоригов?

С другой стороны, даже такое предложение, будь я чуть более циничен и беспринципен — могло показаться мне полезным. Да, она весьма недалёкого ума, хоть и интриганка. Да, она вдова, что в условиях патриархального общества, как это принято говорить — сильно роняет её в цене.

Но, чёрт возьми, она действительно весьма неплоха собой, и представляет один из самых могущественных, если не самый могущественный космический клан в современной Империи!

Опять нравственная дилемма! Что важнее — моя искренняя любовь к Дарье Крутовой и данной ей слово — или возможная выгода для Империи?

Я попытался прояснить ситуацию, хотя бы для себя. И пояснил:

— Светлана Чингизовна — замечательная женщина. Но она, во-первых, баронесса. Во-вторых — вдова. А в третьих, хотя, скорее, во-первых — абсолютно не в моём вкусе.

На лице Угэдея отразилось разочарование.

— Ну и кто, граф Александр, в вашем вкусе, позвольте спросить?

Я посмотрел вокруг. На дальнем конце, за уже весьма обнажёнными горничными, сиделись и шушукались внучки и молодые родственницы кагана. Одна, та самая, остроглазая, поймала мой взгляд и, словно украдкой, коротко помахала мне рукой.

Вот чертовка. Он же сейчас скажет — мол, выбирай кого-то ещё!

— Каган Угэдей, вы очень любезны, — решил я, всё-таки, смягчить разговор. — Я уверен, что вы совсем не хотели меня обидеть, а всего лишь хотели немного… приручить. Заарканить жеребца хотите. Ведь так?