Книга Трон галактики будет моим! Книга 5, страница 103 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Весьма взволнованная.

— Я всё слышала, у нас очень тесные апартаменты. Она прилетела в гости на выходные, и уже собирается улетать… прости, надо было предупредить.

— Даша, прилетай. У нас день десантника через четыре дня.

— Да я думала, ага. Папа писал, тоже приглашал. Только у нас же тест второго двигуна Гейзенберга по графику через три дня…

— Тогда позже прилетай. Или перенеси его нафиг на недели две! Можем потом махнуть в Орхидею. На недельку хотя бы.

— Вместе? В отпуск? — в глазах Даши мелькнула смесь надежды и грусти. — Мы же… обо всём договорились? Что не время.

— Договорились. Что не время, — согласился я. — Но к чёрту старые договорённости, я хочу тебя видеть.

— Только ли… видеть? — сказала Даша и очень густо покраснела.

— Не только, — заявил я, ничуть не краснея.

— Ты какой-то уставший, похоже. За тобой там Октавия следит? Я скажу ей, чтобы следила получше… — сказала Даша.

Потом некоторое время пособиралась с мыслями, ещё сильнее краснела. А затем воровато обернулась, видимо, проверяя, не подглядывает ли «тёща»… и перезапахнула свой мягкий домашний халат.

Действо продлилось ровно одну секунду. Я, конечно, не прыщавый двадцатилетний ботаник — но, пожалуй, отдал бы за эту секунду многое. При странных романтических отношениях на расстоянии одна подобная секунда может очень неплохо их удержать и подкрепить.

— Может, так будет достаточно?..

— Чёрт, Даша, ты сделала только хуже! Ну чем ты думала, а? В общем, дай мне провести день десантника — и я за тобой прилечу, — твёрдо решил я. — И увезу тебя на какой-нибудь глубоко законспирированный курорт.

— Прилетай, Саша, — сказала Даша. — Про курорт не обещаю, но… прилетай. Я тоже соскучилась.

Надо ли говорить, что сон после такого общения был очень неровным и некрепким. Спустя пару часов ко мне в покои постучалась Октавия, без спросу зашла и сообщила:

— Господин рыцарь, я даже отсюда вижу ваши показатели тестостерона и адреналина. Ситуация критическая. Повторяю, ситуация критическая! Я знаю ваше отношение к данному вопросу, но как ваш личный медицинский серв я единолично обязана предпринять меры. Активирую режим профурсетки…

И, не включая свет, принялась ловко освобождаться от комбинезона.

— Отставить! Отставить режим профурсетки! — скомандовал я.

Вот же ж. Они что, сговорились, что ли?

На следующий день были похороны Меркурьева. Вся дворянская ассамблея Герберы вылетала в Меркурьевск, чтобы почтить память незадачливого предпринимателя.

Впервые выступил молодой княжич Иннокентий. Выступил неплохо. Сказал спасибо приютившей их с сестрой чете Меркурьевых, ну, и как в таких случаях — дежурные грустные слова, речи и прочее.

Вторым выступал я.

— У нас так и не получилось подружиться с Валентином. Но я уверен — не случись этого несчастного случая — он бы обязательно выиграл следующую орбитальную гонку, о которой так мечтал. Поэтому я принял решение: со следующего года ежегодный орбитальный биатлон будет носить почётное имя Валентина Меркурьева! Также его именем будет названа улица в Королёве, а один из первых кораблей, выпущенных на новом заводе, будет носить его имя и интеллект, обученный на слепке его характера и воспоминаний.

Виктория тоже была на похоронах. В строгом чёрном платье с голыми плечами. Скорее коктейльном, а не похоронном. С глубоким таким вырезом… Ещё и на меня периодически так поглядывала, из-за плеча. Я стоял и продолжал слушать речи, пока не почувствовал лёгкий тычок под ребро от Иоланты.