Книга Трон галактики будет моим! Книга 4, страница 116 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Илья, ты как? — спросил я. — Останешься на борту, пока я смену пришлю, чтобы не оставлять Евгения с зубастыми девчонками совсем наедине?

— Конечно, — легко согласился Илья. — Не вопрос. Главное — победили.

— Это точно, — с облегчением отозвался я, впервые всерьез допуская эту радостную мысль в свое сознание. — Мы победили.

Скотинка спустил нас на космодром.

— А ты чего не плачешь, Скотинка? — поинтересовался я

— Время слез прошло, — трепещущим голосом отозвался челнок. — Теперь только немое восхищение, господин рыцарь.

А было время — называл меня подозрительной личностью, я всё помню.

— Вот насчет немого, это уже перебор, — усмехнулся я. — А восхищение — это приемлемо.

На грунте я первым делом сдал Дашу с рук на руки Октавии, та тут же диагностировала у неё сотрясение мозга и обещала вернуть здоровой через часик-другой. Вот и славно. За это время я успею с её дедушкой провернуть смертельный номер, который Даше точно не понравится, хотя бы потому, что её с собой не взяли.

Отмахиваясь от поздравлений всех подряд я вызвал старого промышленника:

— Василий Гаврилович?

— Приветствую, молодой человек, — тут же отозвался он. — Вижу, славное и жаркое было дельце, чинить — не перечинить! Даша уже передала мне список повреждений на всех кораблях.

— Да, немного неаккуратно получилось, — скривился я. — Но мы с этим справимся.

— А как же, конечно, — усмехнулся добрый дедушка. — Начать — да закончить.

— Я в вас верю, — улыбнулся я. — А теперь, Песецъ.

— Точно, именно так бы я это все и назвал, — немедленно согласился с моей грубой оценкой Василий Гаврилович.

— Чего? — удивился я. — А! Да нет, это я про корабль. Про «Песецъ».

— Ну, это практически тоже самое, — ни разу не смутился Василий Гаврилович. Он вообще по жизни несмущаемый.

— Ну, я бы не был столь пессимистичен, Василий Гаврилович, — довольно произнес я. — Если вы найдете в своем напряженном графике немного времени, чтобы выбраться на космодром, я вам кое-что продемонстрирую.

— Ого! — воскликнул Василий Гаврилович. — Да я прям заинтригован! Спешу-спешу!

И действительно, прибыл довольно быстро, прямо в рабочем комбинезоне, в котором видимо и возился с очередным агрегатом требующим пересмотра и усовершенствования.

Тем временем меня нашли мои ученики, они, оказывается, наблюдали за дуэлью вымпелов с огромного экрана в зале ожидания, вместе с охраной и техниками с космодрома, испереживались все, а потом невероятно радовались нашей победе.

— Я то думал, что вы всё, — простодушно выдал Владимир, — Кирдык вам. А вы вон как вернулись!

— Ну, конечно! — возмущенно отозвалась Иоланта. — А ты как думал? Господин учитель не потопляем. И не сгораем. И не подвержен декомпресси. Неуязвим со всех сторон.

Ага, только слаб до женского полу, но никто этого вслух, говорить не стал. Какие у меня ученики деликатные.

— Ну, скажешь, тоже, — улыбнулся я. — Я, как и все мужики имеют одну базовую уязвимость.

— Это какую? — насторожилась Иоланта.

— Путь к моему нежному сердцу лежит через желудок.

Крестовский заржал, а Иоланта серьезно посмотрела на меня и произнесла:

— Я это запомню.

Гм, на что это она намекает? А впрочем, вот и Василий Гаврилович! Можем приступить к делу!

— А чего это вы тут собрались? — удивился Василий Гаврилович.