Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 3»
|
Внезапно со мной на связь вышел Семеныч: — Господин рыцарь, — тут у нас опять беда какая-то. — Что случилось? — Да этот корабль на связь вышел, как его там? А! «Царевич Евгений», помните его? Вопит на полсистемы. Соединить вас? — Конечно. Ну, что там ещё… — Принц Евгений, слушаю тебя, что случилось? — Беда, господин рыцарь. Беда случилась! Собирайте всех! Тревога! В ружье! Аврал! Таким я его ещё не видел. — Да что случилось-то? — Они уже на Хтони! Их там целая база! — Да кто⁈ — Орда! Капец. Вот это мы приплыли. То чего мы так все опасались и ждали, наконец случилось. Случилось сильно раньше запланированного. Орда уже тут. На Хтони, ближайшей к Сефироту планете нашей планетной системы. А у меня вообще ничего не готово… Глава 9 Поздно. Слишком поздно Новость о появлении орды на Хтони, соседней с Герберой планетой, только ближе к Сефироту, меня конечно не огорошила. Но так… Тяжелым обушком по темечку малость прилетела. Я надеялся быть более подготовленным, когда до этого дойдет. Не помню, как я оказался перед окном в моем кабинете. За окном я видел поле космодрома, мои корабли, моих людей, что весело работали, не ведая ближайшего будущего под мирным голубым небом пустыни, и все это выглядело теперь… Так хрупко. Незначительно. Я ничего не успел. Планету не объединил, армию не собрал, флот не построил. Судя по данным, переданным с «Принца Евгения», старая база наших контрабандистов, где должен был отстоятся до более спокойных времен «Евгений» после десятка заметающих его следы петель по системе, оказалась занята. Хорошо, что Евгений провел удаленную съемку на подлётной орбите и опознал корабль, причаленный над базой на базальтовом острове, плавающем в лавовом море. Еще бы он его не опознал, уж он-то на них насмотрелся во время разгрома Второго флота над Первопрестольной. Корабль, напоминающий оплавленный костистый хребет огромной стальной селедки. По массе и размеру — примерно наш пятый или даже шестой класс. Средне-тяжёлый крейсер по кадетской системе, тяжелее «Песца», а он у нас самый здоровенный. «Стервятник-Хохотун» по имперской классификации. Четыре курсовых рельсовых катапульты, проходящих через весь корпус корабля, на корме собрана гора из железных метеоритов, боеприпасы к ним. Четыре батареи по восемь тяжелых спаренных бластеров. Пятьсот снарядов-десантников, готовых к выстрелу в борт корабля жертвы и последующему абордажу, и сто торпед под управлением одноразовых пилотов-самоубийц. Евгений как его опознал, охолонул и мгновенно смылся из его поля зрения, вполне проявив доблесть одинокого воина — осмотрительность. Уж больно силы не равны… Там у него ещё псевдоживая броня, помнится. Если ещё чего не придумали за сотню лет. Такую тварь с наскоку не расковыряешь. Выдающийся образец хищного кораблестроения, чудо враждебной техники, тяжелый кошмар сумеречного, как похмельный бред, неизлечимого ордынского гения. Что я с ним делать то буду? Ладно, не будем ныть, что силы не равны, оно у меня по-другому и не бывало, давайте подумаем, что можно ему тут противопоставить. Подобьем мой собственный список кораблей. Я вернулся за свой стол, из выточенный из цельной плиты лунного янтаря, необъятный как космическая даль и моя вчерашняя самоуверенность. Стол, могучего предусмотрительного властителя и полководца, не то, что некоторые самозванцы, возомнившие о себе невесть что… |