Книга Трон галактики будет моим! Книга 2, страница 64 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Надуло из пустыни! — отвечали оттуда же

— И чего им надо? — верещал особо активный оборванец. — Тепла и приюта? Ну, так я душа широкая, я всех приютить смогу!

Довольный хохот поддерживал его тонкий публичный юмор. Толпа заметно разогревалась.

— Мы же не собираемся сжечь этот городишко, господин учитель? — не вставая с кресла в глайдере, тоном пресыщенной туристки громко, так, чтобы всем хорошо было слышно, поинтересовалась Иоланта.

— Это было бы невежливо с нашей стороны, — усмехнувшись отозвался я, стоя перед толпой с руками на поясе.

Между нами ещё оставалась полоса истоптанной дороги, которую никто ещё не рискнул пересечь, видимо, чуяли собаки, что за мной не заржавеет пристрелить прямо с бедра.

Но только вопрос времени, когда в нас начнут стрелять оттуда…

— Ха-ха-ха! — вы смотрите, какая горячая красотка! — закричали из толпы. — Мелкая, а огонь!

— Даже не понимаю, с чего так вам весело ржать, — оскалился я в ответ этим записным юмористам. — Она действительно может сжечь это гнусное местечко дотла. А мы ей поможем.

— Ути-пути, да вы стра-ашные! — весело провели из толпы.

— Ты даже и не подозреваешь насколько, добрый незнакомец, — с удовольствием продолжал я валять дурака.

Я увидел в руках у одного из парней бластерный ствол. И что самое стрёмное — стоял он не в первой шеренге, а во второй. Такие часто готовы шмальнуть ради общего блага, как им кажется, из-за спины соратников, и плевать, что первую шеренгу повалят первыми же.

Мне почему-то валить никого из этих шавок не хотелось. Слишком мелкие соперники, чтобы тратить на них бластерные патроны и время. Да и жечь городишко не хотелось — как-никак, мы тут под прикрытием, туристы, все дела.

Ну и чего прикажете делать? Показать зубы, или, всё-таки, пожалеть эту детсадовскую группу?

И в этот момент Макс, чей глайдер остановился подальше, просёк, что самое время. Можно подумать, что он ворвался в ряды шакалов и раскидал их, но нет. Во-первых, мы ему говорили делать так только при крайней необходимости. Во-вторых, его человеколюбие… В общем, для начала он просто поднялся из сиденья и подошёл поближе.

Ну, и этого оказалось практически достаточно. Его рост и выражение лица, конечно, впечатлили всех. Толпа портовой гопоты приутихла на миг, а некоторые отступили на пару шагов назад. Но потом снова началось:

— Да что вы сделаете!

— Ну, давайте, сожгите тут всё! — злобно подбивали нас из толпы. — Церберовы вам счетец-то знатный выставят, не утащишь!

Ага! Уже пошёл неймдроппинг, как говорили у нас в Пантеоне, то есть хвастовство знакомством с известными личностями — верный знак, что парни готовы отступить.

— Да за такое зажигательное развлечение мы заплатим Виктору Витальевичу вперед, — зловеще усмехнулся я.

А Илья, похоже, не догнал, что битва уже выиграна. Вышел вперёд и уже приготовился наставить ствол на ближайшего, как вдруг в нашу зажигательную беседу ворвался новый рычащий голос.

— Так! А ну все! Хорош ржать! Языки прижали, и по норам, крысы вяленые!

Ого, неужто это у кого-то голос разума прозвучал?

— Чего? — послышались в ответ реплики.

— На кого вы тут пасть разеваете, салаки позорные? По норам, я сказал! Зубы вырву, ногти пооткусываю!

Точно, это он. Голос разума. Тут других аргументов не рассматривают, если разум кусачками ногти вместе с фалангами не откусывает. А то не доходчиво.