Книга Трон галактики будет моим!, страница 77 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Что ж, пришло время решить наш дипломатический ксено-конфликт. Мало кому захотелось бы, чтобы вокруг его города разгуливала стая полуразумных двухметровых тварей с нереализованной жаждой кровной мести.

— Хоть уцелели? — первым делом уточнил я.

— Уцелели… вот! — он подбежал к одной из клеток и открыл шторку.

Там, обложенная тряпьём, виднелась какая-то хитрая кулибинская приспособа из пластиковых контейнеров, воды, нагревателей, подсветки и прочего. Своего рода инкубатор.

А в середине виднелись яйца — чуть меньше страусиных, в крапинку и с полосочками.

— Я и температуру замеряю каждые два часа, и воздушный режим обеспечиваю, и всё прочее. По-научному подошёл.

— Сколько? — спросил я.

— Что сколько?.. А. Семь. Семь яиц я отобрал. У одной было четыре, у другой — три…

Я на миг задумался, а затем принял решение.

— Эксперимент интересный. Два яйца мы оставим. Пять яиц — вернем матерям. Учитывая демографическое давление на вид — жестоко вторгаться в экосистему мы не будем. Не рекомендовано энцикликами экологического управления империи.

Операция по извлечению яиц и передаче их раптусам заняла пару минут. Раптусы действительно оказались умными и неагрессивными — как только увидели яйца в наших руках — оживились, пришли в движение. Мы положили их на песок и дождались, пока самки подойдут и заберут их.

Они бережно подняли их своими культяпками и тут же запихали к себе в пасть — одно за другим. А затем крякнули что-то нечленораздельное и убежали в темноту.

Вот тебе раз.

— Это вообще нормально? — спросил я Дарью.

— Ага, — отмахнулась она. — У них там мешок горловой. Для вынашивания.

Что ж, все были рады такому разрешению конфликта, один только Пётр выглядил удручённым.

— Эх, всего два яйца… Маловато для разведения. Столько работы насмарку! У меня половина перепёлок за это время погибла!

— Они бы от тебя всё равно не отстали, — констатировал я. — Так что эксперимент! Оставляем только ради эксперимента. Кстати, я смотрю, ты опытный в этом всём. Не хочешь получить паспорт горожанина, укорениться и стать министром животноводства? Даём площадь на территории зала ожидания под птицеводческое хозяйство, защиту?

— Стоимость услуги — две тысячи герберок! — вовремя сообразила Октавия. — Также извещаем, что в случае острой необходимости допускаем реститут, то есть временное изъятие глайдера.

Пётр подумал-подумал — и согласился. Жирная такая должность, не пыльная, чего бы и нет.

— Позвольте, позвольте, дамы и господа, но не кажется ли вам, что вы забыли про меня? — послышался голос из машины. — С позволения моего компаньона-человека я тоже буду готов изъявить желание стать горожанином этого чудесного городишки!

— Сейчас посмотрим, кто это такой? — изъявила Октавия, заглянула в машину и вздохнула настолько, насколько позволяла её эмоциональная подсистема: — Ох. Ай.

Заглянул и я. Андрон представлял из себя «головастика» — так называли роботов, от которых остались только голова и парочка компонентов туловища. Ну, надо сказать, что лицом он был хорош — чернявый, с орлиным взглядом, с золочёными усами.

— Как я рад приветствовать своих соседей, вы выглядите потрясающе, месье. Если бы я мог, я пожал бы вам руку! О, мадумуазель, вы прелестны… я не ошибся. Не мог же столь чудесный голос принадлежать чему-то некрасивому. Как вы очаровательны!