Книга Дай мне знак, что любишь, страница 73 – Елена Воронина

— Моя! – он набросился на меня, сминая губы, прижимая к себе ещё теснее, и в этот момент небо над морем взорвалось тысячью огнями.

Надо сказать, салют в Америке не сравнить с нашим. Такого салюта как в Майами на День Независимости я в жизни не видела. Когда в небе рассеялся последний залп, мы пошли обратно к парковке и по дороге Джей купил нам мороженое.

— Ай! – вскрикнула я, когда он мазнул меня по носу мороженным, и не долго думая, совершила тот же манёвр. Правда выпачкала не нос, а бороду ему.

— Мороженое с твоим вкусом, моё самое любимое, – проговорил мужчина, целуя в нос. Я лишь хихикала и вновь пыталась вымазать ему нос, но лишь до того момента, когда он языком слизал капельку мороженого у меня с губ. Тут уже стало не до смеха, и притянув Джейсона ближе к себе, я сама поцеловала его.

— Вот чёрт! Ты всё-таки вымазал меня мороженым. – То, что было у него на бороде, после поцелуя оказалось у меня на подбородке.

— Я могу помочь, – ответил мужчина и его язык прошелся по моей коже, слизывая сладкое лакомство. – Лина, если мы сейчас же не остановимся, то не доедем до дома.

— А куда мы доедим? – игриво спросила я и, наклонившись к его уху, прошептала: – До дикого пляжа? И там ты сорвёшь с меня это платье, а я с тебя рубашку и джинсы, и потом...

— Хватит, – простонал он, будто ему было больно.

Я лишь пожала плечами и забралась на переднее сиденье машины.

Джейсон сел и завёл мотор, но с места не трогался, уставившись перед собой.

— Джейсон? – мужчина вздрогнул и повернулся ко мне.

— Я заказал билеты на следующую неделю. Нам пора возвращаться в Россию.

— Ну и что? Почему ты такой задумчивый?

— Потому что там всё будет по-другому, – ответил мужчина и выехал с парковки. Я не стала уточнять, что именно должно стать по-другому, поскольку и сама это понимала. Друзья, работа и развлечения. Мы с ним из разных миров. У меня никогда нет и не было денег на “ламборджини”, а у Джейсона она не единственная машина. Я работала на Мишу, а Джейсон был тем, кто помог Трифонову не пойти ко дну во время кризиса.

Молча, мы доехали до виллы, и так же, молча, поднялись в дом и свою спальню. Я теперь и жила в этой комнате, потому что Джейсон заявил, что кровать на первом этаже слишком жесткая для него, а спать я буду только с ним. Отбросив трофейного медведя, я обняла Джейсона, прижимаясь к его спине.

— Я не хочу уезжать из этого рая, – прошептала я, утыкаясь в его спину.

— И я не хочу, но дольше уже невозможно затягивать. Я не могу связаться со своей сестрой уже две недели, а ты должна поговорить с Наташей. Но пообещай мне, что ты и там останешься со мной, чтобы не произошло.

— Милый, если я осталась здесь с тобой, после всего что видела и слышала, то думаю, что не существует причин, чтобы я могла оставить тебя.

— Да, конечно. – Ответил мужчина, и развернулся, подхватив меня на руки, понёс в постель.

Мы занимались любовью, до самого утра, и пока не взошло солнце над заливом, раздавались выстрелы из пушек, и небо освещалось салютами. А между нами были другие взрывы, и Джейсон показал мне иные звёзды. После мы так и заснули, сплетаясь в одно целое и прижавшись друг к другу.

Глава 37.

Лекси оторвалась от компьютера. Глаза резало от напряжения, и спина ужасно ныла от сидения. Разминая шею, девушка размышляла, где носит её мужа нелёгкая. Часы над столом показывали без десяти одиннадцать. В последнее время, Рик стал очень беспокойным, постоянно перепроверял замки на дверях, как будто мимо их консьержки может проскочить хоть мышь. Но всё равно Ричард был дерганый и на взводе, когда же Лекси прямо спросила его, что происходит, но мужчина ответил, что всё в порядке и ей не стоит волноваться. И вот сегодня он задерживался опять. Лекси уже почти месяц трудилась над дипломной работой, в августе у неё была защита, и поэтому она денно и нощно не вылезала из-за компьютера. Поднявшись на ноги, девушка потянулась всем телом и услышала, как входная дверь хлопнула. Обернувшись, Лекси от ужаса еле устояла на ногах. Её муж, её любимый Ричи был в крови, и было невозможно определить чья это кровь его или кого-то другого.