Книга Дай мне знак, что любишь, страница 36 – Елена Воронина

Блин, такое впечатление, что тут кроме блондинок нет других красоток. Все кого этот кобель привозил были похожи одна на одну как инкубаторские И он ещё рассказывал о своём желании. Лжец! Мерзкий потаскун! Но все эти гневные слова, не могли заглушить растущую боль в груди, с каждым днём всё больше раня меня. Я отвернулась от окна, и подъехала к зеркалу, рассматривая себя. На меня смотрела очень похудевшая копия меня самой. На осунувшемся лице глаза казались как блюдца, волосы свисали тусклыми сосульками. Схватив щетку, я стала остервенено расчёсывать, думая, что физическая боль от поцарапанной кожи заменит душевную. Я, конечно, понимала, что никаких прав на Спарка у меня нет, но несмотря ни на что, я продолжала считать себя обиженной стороной. Может потому что он тогда наговорил, а может это просто мой характер такой паршивый, что после малейшего намека, я считаю мужчину своим. Я даже не заметила, как из глаз моих покатились слёзы. Прийти в себя мне как всегда помогла Марта. Правда она продолжала считать, что у меня депрессия от того, что я не могу ходить, и я не собиралась доказывать ей обратное. Никто не узнает о моих чувствах к Джейсону!

— Эвелина, что случилось? У тебя болит что-то?

“Да! У меня сердце болит!”. Но вслух я сказала совершенно другое:

— Нет, просто я так устала быть обузой, – это успокоило женщину, и она, погладив меня по волосам, забрала щётку из рук и откатила меня от зеркала.

— Тебе надо покушать, деточка, ты очень похудела.

— Я не хочу, нет аппетита, – не могла же я сказать, что аппетит у меня пропал десять минут назад, когда явился Джейсон.

— Надо покушать, я сейчас накрою стол для мистера Спарка и его друзей, а потом принесу тебе покушать. Я сегодня сделала, такую потрясающую пасту, ты пальчики оближешь, там и сыр, и томаты, и ...

Дальше я уже не слушала, мои мысли снова вернулись к мужчине наверху. Но того случая, я ни разу не слышала, ни стонов, ни движений над головой. Я знала, что он развлекается наверху, просто потому, чтобы я не помешала, ведь я не могла подниматься по лестнице. Он даже таким образом ограничивал меня. Марта помогла мне лечь в постель, и сказала, что скоро принесёт мне поесть, но я не собиралась дожидаться её. Повернувшись на бок, я смотрела, как медленно наступает ночь, вскоре в коридоре послышались мужские голоса и смех, которые удалялись. Пришло время для очередного траха. Мне стало тошно, но радовало хотя бы то, что я не слышу звуков их совокупления. Это был бы перебор для меня. Ведь я прекрасно понимала, что они не в карты играть приехали. На глазах снова появились слёзы, но я закусила губу до крови, запрещая себе плакать. Разглядывая темнеющее небо, я размышляла о своей жизни здесь. И так и не смогла найти причины, почему этот странный мужчина ведёт себя со мной как последний говнюк. Но при этом оплачивает операцию, шарахается меня, а потом рассказывает, что я ему снюсь, и тут же снова бросает на сиделку и продолжает вести себя будто находится на курорте, и меня в этом доме вообще нет. Ведь он прекрасно понимает, что я слышу и вижу всех его сучек, которых он приводит сюда. Но видимо, его мало волнует, что я чувствую. Слезинка всё-таки скатилась, защекотав висок. Марта принесла обещанную пасту, но я отказалась есть, и женщина, расстроенная и причитающая, покинула мою комнату, оставив меня одну и пообещав поговорить с мистером Спарком. Но я не могла уснуть, мне продолжали время от времени сниться кошмары, будто я тону в море. И сегодня я просто смотрела в окно. Тут мне послышалось, будто дверь хлопнула, и я сама не знаю почему, решила, что это гости удалились.