Онлайн книга «Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона»
|
Она принялась выкручиваться из хватки Седрика, и я закатила глаза, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Ничего не меняется, вот уж точно. Следующие несколько часов слились в бесконечный калейдоскоп. Попытки выманить испуганного Ушастика из-под кровати, молчаливые одетые в черное люди Седрика и королевской тайной службы, аресты, шепотки местных, испуганная Мира, которая бросилась к детям, стоило нам выйти из двери постоялого двора, напряженный Гидеон, прибывший в Верхние Петушки на экипаже спустя пару часов… Дел, разумеется, было невпроворот. Детей нужно было успокоить, отмыть, покормить, всыпать им по первое число, а потом — ответить на вопросы Грега о том, что успел разболтать мне Черный. Только к вечеру мы все наконец смогли оказаться дома: в том самом особняке, который временно для нас сняла экономка Седрика. Дети захотели именно сюда, и я, скрепя сердце, с ними согласилась: знакомая обстановка успокоит лучше всего. Пускай они пока слишком маленькие и восприняли произошедшее скорее как приключение, чем как реальную опасность, но все-таки день был тяжелым, не хотелось добавлять им сложностей. Пускай поспят, где привыкли. Правда, оставалась одна проблема: в этом доме по-прежнему была всего одна кровать. * * * Нет, сначала я об этом даже не думала. Нужно было уложить детей и сунуть Хью в руки дурацкого Ушастика, которого эта троица понеслась спасать. — Но мам! — возмутилась Эми. — Он же был в опасности, весь черный! Мы должны были его спасти, а ты нам выходить из дома запретила, и Седрик сказал… — Вот надо было слушаться! — перебила я. — Никакого сладкого месяц. Нет, два! — Ну ма-а-ам! Но я была непреклонна. Тем более, все сладкое (да и несладкое) в доме все равно съел Гидеон. — Не очень-то и хотелось, конфеты — для детей, — проворчал Рольф, хотя вид у него был самый обиженный в мире. — А я вообще сам по себе, захочу и уйду! Я тебе уйду! Уложив их, я занялась тем, о чем мечтала последние несколько часов: залезла в горячую воду и принялась тереть кожу мочалкой, мечтая стереть прикосновения Черного. Перед глазами то и дело вставали картинки произошедшего. Перекошенная одноглазая морда совсем близко, липкие руки, запах похмелья и пота. Крики детей из-за закрытой двери. «У меня в подвале — трое мелких магов, один смазливый…» Глаз Черного, вылезший из орбиты, легкая улыбка Седрика, который сдавливал его горло с явным удовольствием. Поняв, что уже в третий раз намыливаю ключицы, я заставила себя успокоиться и наконец вылезти из давно остывшей воды. Все-таки позволила себе слабость и заглянула в детскую еще раз: один, два, три… Все на месте. Погруженная в свои мысли, я добралась до спальни и в дверях нос к носу столкнулась с Седриком. Ну, нос к груди, учитывая разницу в росте. Седрик был по-драконьи горячим, ощущалось это даже через слои одежды, меня мгновенно окутал знакомый запах, терпкий, похожий на аромат костра и кожи. Я отшатнулась, и Седрик удержал меня за руку, не давая упасть. В животе что-то сделало кульбит. Должно быть, проклятущие бабочки, целый рой. Вот уж только их не хватало! — Думал, ты спишь. В руках у него были какие-то бумаги. Между нами повисла тишина, и я опустила взгляд. Сердце колотилось, как бешеное, бабочки в животе успокаиваться тоже не собирались, еще и колени вдруг стали ватными. Возьми себя в руки, Елизавета Павловна! Ты что, мужиков не видела? Ну, по правде говоря, таких — не видела. |