Книга Анжелика и принц, страница 256 – Салма Кальк

Даже придворные девицы не хотят слушать его стихи, но готовы восхищаться бездарными сочинениями младшего принца!

Безземельный - ну так много кто безземельный. Не всем рождаться принцами, хоть Роганами, хоть Вьевиллями, хоть Рокелорами. Иначе что ж это будет за земля?

Ему не нужны огромные владения - видел, знает, сколько они требуют сил и времени.

Под каждый куст загляни, в каждое болото, каждое чахлое деревце и каждую лозу проверь собственноручно. Чтоб поля родили, мельницы мололи, печи пекли, а торговцы торговали. Чтоб чисто, и красиво, и ухожено. Жизни не хватит, да у Анри и не хватает. На короля ещё хватает, а на деву, которую сам себе выбрал - уже нет. И была бы просто дева, а она маг невиданной силы - как такую взаперти держать? Не удержит.

Нет, он бы не хотел себе судьбы Анри.

И слава великого воина, которому сам чёрт не брат, ему тоже не нужна. Он владеет шпагой и магической силой, он может защитить себя и тех, кто окажется рядом, но война не для него. Одно дело - в тиши тренировочного зала, другое - ввязаться с беспорядочный бой на улице. Жан-Филипп может, у него шпага одно целое с рукой, а колдует он, как дышит, и он в такие моменты счастлив. Но - счастлив ли он, когда вокруг тишина?

Что-то и великий воин тоже невесел - даром, что снова победил множество врагов.

И поэтому судьбы Жана-Филиппа тоже не надо.

А ещё бывают церковники. Они благостны и влиятельны, к их словам прислушиваются и друзья, и недруги. Но чтобы стать заметным в этой среде, нужно начинать едва ли не с детства, и кто знает, от чего в этой жизни отказался Лионель, и чего это ему стоило -кроме него самого?

Нет, судьба Лионеля - только для самого Лионеля.

А где в этом круговороте судеб Орельен де ла Мотт? Кто подскажет, как понять?

* * *

У розы его сердца - лёгкие шаги, невесомые, словно у крадущейся кошки. Её стан тонок, словно стебель, и гибок, как молодой побег. Её прикосновения нежны, как лепестки, и сильны, как отдача после выстрела, и так же губительны, ибо проникают в самое нутро.

Голос её - словно небесная музыка. Не всякого барда господь одаряет такой убедительностью и силой, и не всякий великий музыкант умеет этой силой владеть.

Да что там, сила - её второе имя, этой розы, и если не видеть её каждодневно, то и не узнаешь о том никогда. Её рукам можно доверить и свою жизнь, и свою честь - если от той чести, конечно, ещё что-то осталось.

Движения её точны и смертоносны, слова её - гром небесный, что сражает наповал. Что за земля родила её, и неужто там все девы подобны ей - как жить-то в той земле тогда? Что за мужчины берут этих дев в жёны, что обещают им, чем увлекают?

А что он может обещать? Имя, да замок в горах, да своё сердце - много это или мало? Что нужно розе, чтоб цвела? Чтоб раскрывала на рассвете лепестки свои, чтоб обновлялась каждую весну, чтоб хранила хрупкую красоту свою и нежный аромат? Чтоб ветвились на ней новые побеги, молодые и сильные, и столь же прекрасные, как она сама?

Близко она, совсем рядом - но далеко, так далеко, как и вообразить-то невозможно. И лишь господь ведает, как надо попросить, чтоб стало иначе.

Ибо если не станет иначе - то и зачем тогда это все?

Жанно ехал в голове отряда - сощурив глаза, навострив уши и всё, что ещё можно было навострить. Дорога от дома Анри до Пале-Вьевилль занимала около получаса - обычным образом. Сейчас же они тащились обозом - с вьючными лошадьми и даже с повозкой, на которую сгрузили какие-то сундуки. Отряд напоминал бронированного зверя крокодила, Жанно видел такого однажды в зверинце далеко на Юге, говорят, они живут в водах большой реки Великого Солнечного континента. Зверь был длинным, кожистым, с мощными когтистыми лапами и огромной пастью, полной острых зубов. В воде он был быстр, а на суше - не особо, тащил между бассейнами своё тяжёлое тело и длинный хвост. Но если он видел рядом возможную пищу - то разинутая пасть тотчас же захлопывалась с треском, и неудачливая жертва уже не могла вырваться из неё, как ни старалась. Вот и они сейчас тащились таким же крокодилом - медленно, но верно. И если рядом будет добыча - у Жанно нет повода добычу жалеть.