Книга Анжелика и принц, страница 210 – Салма Кальк

Анжелика худая, кости видны, и вся твёрдая - ещё бы, она и бегает, и прыгает, и, говорят, кувыркается через голову на магических тренировках, он сам-то не видел. Офелия мягкая и не бегает никуда, и даже если будет нужно - сама не убежит, её нужно будет спасать.

У Офелии тихий голос, и говорит она этим голосом ласково и спокойно, Анжелика же... не бранится, и хорошо. Точно сказал Лионель - капитан наёмников. В постели с капитаном наёмников - это извращение. Конечно, в постели она не позволяет себе брани, и вообще нежна и готова ластиться, но слишком уж деятельна. Он как-то даже спросил её

— зачем она пытается быть главнее мужчины? Она очень смутилась и ответила, что не имела в виду ничего подобного. Просто хотела изучить его. со всех сторон.

Но.

Анжелика его невеста, он сам так решил, и она согласилась. Офелия замужем, и ещё - она придворная дама мадам Екатерины. С этой стороны не приходится ждать ничего хорошего. Лионель вчера напоминал обо всём этом очень уж ядовито. Но он друг, ему можно. Он говорит исключительно по делу.

И ещё вчера после бала муж Офелии повздорил, а потом подрался с Жаном-Филиппом. Это что - попытка хоть как-то уколоть его, Анри? Ну и вызывал бы его, честнее было бы. С другой стороны, Анри сейчас только дуэли из-за замужней дамы и не хватало.

С этими невесёлыми мыслями Анри вскрыл записку.

«Умоляю вас о встрече в известном вам месте. Жду вас там до полуночи».

Ни слова - что и от кого, но это и правильно. Слугу этого он не знал, но ничего подозрительного в нём не было.

И главное, условное место находилось аккурат на полпути между особняком Вьевиллей и особняком Роганов.

Анри понимал, что потом снова будет казнить себя за это, но сказал Лионелю, чтоб отправлялся без него, а у него есть небольшое дело - на полчаса, не более. Лионель пожал плечами, но велел взять с собой не только Флорестана, но и ещё пятерых человек в сопровождение.

Когда Анри спешился возле дома, принадлежавшего Офелии, в котором они время от времени встречались, на колокольне Святой Женевьевы, что поблизости, прозвонили семь вечера. Открыла Марта, камеристка Офелии, которая знала Анри в лицо, и запустила их всех. Флорестан и охрана остались на первом этаже, а Анри поднялся на второй.

Офелия подошла, и взяла его за руки, и улыбнулась, и поцеловала. Мягко и нежно.

— Я хотела сказать вам, Анри, что знать не знаю, что там не поделили мой муж и ваш друг Саваж. Я по-прежнему люблю вас, и готова ждать вас, сколько потребуется.

— Офелия, я недостоин вашей любви, - покачал он головой. - Я собираюсь связать свою жизнь с юной девой, а свой род - с её родом, и свою кровь - с её кровью. Меня не нужно ждать. У нас с вами было немало хороших мгновений, давайте же будем помнить о них. Меня ждут дома, да и ваш супруг, наверное, будет рад вашему вниманию.

— Мой супруг уже услышал от меня, что задевать Саважа умный человек не станет - с его-то репутацией. Более мне ему сегодня сказать нечего. Почему-то все, кто успел прослышать о злополучной дуэли, взялись ему сочувствовать - наверное, сами мечтают задеть Саважа, но не осмеливаются, - усмехнулась она. - Если ему не дорога жизнь - что ж, я не стану его оплакивать, понимаете? А вам наоборот скажу - будьте осторожны. Мадам Екатерина вас не любит.