Книга Любовь против (не)любви, страница 92 – Салма Кальк

Она тоже рассмеялась — вот ведь паразит! Но, очищенный от грязи, он оказался весьма привлекательным.

А где-то наверху послышались шаги и голоса.

— Свет, там, внизу, свет! — это Чарли.

— Магический! — вторит ему Майк. — Значит, миледи жива! Миледи Кэт, вы там?

— Там, там. Вытаскивайте меня отсюда, не знаю, как, но вытаскивайте. Немедленно.

Рой тоже услышал, ещё раз поклонился и отступил за стеллажи.

Вытаскивали дивно — сверху за ноги спустили вниз головой Чарли, он подхватил Катерину под мышки, и уже обоих вытянули наверх.

Последнее, что она увидела — это воздушный поцелуй от представителя пяти покойных пленных скоттов.

Наутро Катерине снова дали поспать — сколько спалось. Когда она открыла глаза, её дев в комнате уже не было, видимо — занялись делом. Но ничего, она ещё не разучилась одеваться сама.

Привычка подводить итоги дня — не вечером, так утром — возникла ещё в учительском прошлом. Что в итоге по вчера? Дурака Чарли и дурака Дэна хотелось если не выпороть, то отхлестать по наглым рожам. Или заставить выполнять какую-нибудь неприятную, но очень нужную работу. Яму выгребную чистить. Есть у них выгребная яма? Вёдра же поганые куда-то выливают.

Вообще, конечно, голова шла кругом. С одной стороны, она привычно включилась в происходящее — ну а как ещё-то, надо шевелиться, и народ здешний шевелить, иначе ещё и следующую зиму придётся куковать под крышей господина Айви и ловить осуждающие взгляды Дороти.

Но с другой стороны, привычно — это для Катерины. А для Кэт — вовсе нет, хоть тело уже и не подавало ей никаких знаков. Не съёживалось, не пыталось спрятаться, хоть и страдало от непривычного объёма физической нагрузки. Может быть потому, что здесь — дом, хоть Кэт сюда почти и не приезжала? А вообще-то именно здесь основное жилище Торнхиллов, а Прайорсли — это приданое её матери. И если здесь Кэт помнили худенькой робкой девочкой — конечно, очень удивляются, чего это она ходит и командует. А она ходит и командует, потому что у Джона на лбу написано — не его, присмотреть он может, но решать ничего не будет. Помочь брату — это одно, а решать за него его проблемы — другое. А Роб…

Она ведь вчера, несмотря на все потрясения, ещё долго ворочалась и думала — где он там и что с ним. Куда подался и на что нарвался. Вот ведь, стоило утечь из-под отцовской руки — и всё, нужно непременно пуститься во все тяжкие! Сказала бы, что пусть только вернётся, а она ему устроит — но поняла, что нельзя ему ничего устраивать. Не будут люди слушать лорда, которого жена лупит сковородкой. Хотя очень хочется, прямо руки чешутся. Но ничего, поговорить-то никто не запретит.

И вот ещё несостоявшийся шпион. Или наоборот — состоявшийся? Что он тут сидит, в подвале, и что ему нужно? Это, по-хорошему, ей надо бы вникнуть и в дела здешних с той стороной — кто там живёт и как всё складывалось. Потому что пока она знает только о повешенном в Телфорд-Касле перебежчике — как там его звали, Николас? — о красивом парне в винном подвале и о том, что дорогой супруг пошёл гулять в ту сторону. Эх, об этом нужно с Джоном. Или сначала с Грейс?

Дыра в подвал находилась возле кухни — правильно, чтоб далеко в кладовые не бегать. И туда как раз сегодня должны были дойти работнички — если никого не придавит никакой крупной деревяшкой. А она вчера обещала, что будет сидельца кормить. Не зря ли? Да нет, людей надо кормить, иначе ноги протянут, что она, зверь какой, что ли?