Книга Любовь против (не)любви, страница 29 – Салма Кальк

Замок появился достаточно скоро — на холме, за полем. Как на картинке в учебнике — мощные стены, высокие башни. И чем ближе подъезжала к нему Катерина, тем суровее он выглядел — каменная глыба, да и только. В него попробуй попади, и потом ещё попробуй из него выберись.

Их отряд приветствовали с галереи наверху стены, и ещё — стражники в открытых воротах. Когда проезжали те самые ворота, Катерина подняла голову и увидела зубчатую снизу решётку. Воображение тут же нарисовало картинку из фильма — как где-то ломается крепление и эта решётка валится вниз вот прямо сейчас — ей по голове. Она зажмурилась… а конь тем временем вошёл во внутренний двор.

Катерина не имела представления, как спускаются с коня. В кино с них спрыгивали, в жизни, кажется, тоже. А тут как? Она ж свои тонкие ноги себе переломает!

Но оказалось — всё предусмотрено. К ней подошёл муж, который как раз спрыгнул, и кивнул кому-то, чтобы его коня увели. А сам просто снял её с седла и поставил на ноги.

Тут только Катерина поняла, что сидела в таком напряжении, от которого затекло всё тело. И принялась их аккуратно разминать. А из открытой двери в ближайшей части здания тем временем к ним шли люди. И первым шёл как раз хозяин, если верить зеркалу Мэгвин — высокий, мощный, страшный. Плечи Катерины всё равно что сами опустились, а взгляд упёрся в мелкую гальку под ногами, которой был отсыпан внутренний двор.

— Что, ожила? — неласково спросил хозяин.

От звуков этого голоса тело съёжилось, как от удара. Что, снова та самая телесная память? Катерину это так разозлило, что она чуть было не подпрыгнула на месте и не топнула ногой.

Плечи распрямились с усилием, и с таким же — поднялась голова.

— Приветствую вас, милорд, — или как там ещё надо сказать?

Местному этикету её никто не учил, не успел. И наверное, она сделала что-то не так, потому что изумление лорда она ощутила без труда. Именно ощутила, и именно изумление. Вообще Катерине и раньше доводилось понимать, кто что имеет в виду, и обычно она оказывалась права, но здесь её всё равно что по голове ударило — она понимает невысказанное!

— Ну, ну, — кивнул он, оглядел Катерину с ног до головы и пошёл куда-то по двору.

Оказалось, что за его спиной стояла пухленькая девушка в чепце — её Катерина тоже видела в зеркале. Грейс, её зовут Грейс, ей можно доверять. Отлично.

— Миледи, как хорошо, что вы вернулись! — она подбежала и принялась целовать Катерине руки — вот ещё только не хватало!

— Да, Грейс, я вернулась, — кивнула Катерина. — Пойдём отсюда, хорошо? Только где-то тут были вещи…

— Фил, балбес, куда ты повёл коня миледи, там её вещи! — звонкий голос разнёсся по всему двору.

И тут же двор заполнился самыми разными звуками — хрустом, топотом, звоном, разговорами. Что это было? Все они молчали, когда отряд въехал во двор? И ждали, что будет? А что могло быть?

Грейс получила свёрток и, прижимая его к груди, со счастливой улыбкой сказала:

— Идёмте, миледи!

Муж уже где-то потерялся, но у него, наверное, какие-то дела? Будет надо — найдётся, подумала Катерина, следуя за Грейс внутрь каменного монстра.

Суровый пустой коридор был очень тёмным — никаких окошек, только изредка — плошки, в которых что-то горело. Горело с чадом и запахом. Катерине не понравилось, она щёлкнула пальцами — и ура, появился светящийся шарик. Он поплыл впереди неё, и стало ощутимо светлее.