Книга Любовь против (не)любви, страница 112 – Салма Кальк

Миледи понятия не имела, что здесь можно захотеть. Дома дачу крыли шифером, здесь шифера не водилось. Этот вопрос ещё предстояло провентилировать.

А сейчас она с удивлением наблюдала сверху за Хью Айви, который что-то вещал очевидному священнику, смеясь, размахивая руками и показывая на неё. Видимо, не судьба ей сегодня чистить стену, придётся спускаться. Или судьба, не спускаться же несолоно хлебавши?

Она вновь собралась с силами, уже выработался целый ритуал — вдох-выдох, выпрямиться, поднять голову, прикрыть глаза — и скомандовала куску стены очиститься. Он и очистился, и сейчас за раз у неё уже выходило изрядно больше квадратного метра, даже поболее двух. Неспроста под самую крышу забралась, скоро одна стена уже будет выглядеть вовсе по-человечески. Ладно, теперь слезать обратно и выяснять, кого там принесло.

Священник, увидев её, разулыбался.

— Дитя моё, Кэт, как я рад тебя видеть! А ещё больше рад видеть занятой и деятельной!

— Доброго вам дня, — неуклюже поклонилась Катерина.

Рефлексы тела постепенно отмирали, потому что кто б его слушал? Тело боялось всего — леса, речки, высоты, парней Роба и их взглядов — просто взглядов, ничего лишнего они, надо отдать им должное, себе не позволяли. И ощущать всё это Катерине уже ой как прискучило — поэтому она просто перестала тело слушать. Кто тут вообще хозяин, в этом теле? Что первично? Вот, то-то же.

— Я приятно удивлен, Кэт, никогда бы не подумал, что ты так ловко возьмёшь здесь все хозяйственные работы в свои руки. Хью говорит, ты стала большой умницей. Что тебе помогло, признавайся? Неужели замужняя жизнь? Ты бы только намекнула, что стремишься выйти замуж, так Сэмюэль подобрал бы тебе мужа уже год назад!

Вот так. Кэт, Сэмюэль. Выходит, он тут со всеми накоротке. Не проколоться бы.

Но от дома Айви к ним уже бежала со всех ног Грейс, занимавшаяся в тот день просушкой найденных в замке подушек и матрасов на солнечном участке крепостной стены.

— Отец Томас, здравствуйте! Как хорошо, что вы здесь!

— Да, дитя моё, и вы обе сейчас расскажете мне все ваши новости. Кэт вот очень бойко командовала сверху, а как спустилась на землю — так словно язык проглотила. Я уж, было порадовался, но теперь сомневаюсь, — улыбался священник.

Он имел от роду лет сорок — сорок пять, был сухощав и крепок, его черная ряса вылиняла и была вся забрызгана грязью.

— Так миледи ничего не помнит, — сообщила Грейс. — Ни что вы её крестили, ни что венчали.

Дальше она повествовала изумлённому священнику о том, что случилось с Кэт и как её вернули к жизни, и что теперь она — вылитый милорд Сэмюэль, даже иногда теми же словами разговаривает. И с магией своей управляться научилась, и это очень полезно для всех.

Почтенный служитель божий смотрел и изумлялся.

— Так, Кэт, я понял. Пойдём-ка, побеседуем, — кивнул он ей.

— Вот прямо с дороги? Не помывшись, не переодевшись, не пообедав? — нахмурилась Катерина. — Воды я согрею, её достаточно, даже слишком, — усмехнулась она.

— Благодарю тебя за заботу, дитя, — кивнул отец Томас. — Позже. Пока же пойдём. Покажешь мне, что ты уже сделала — Хью говорит, такое не всякому мужчине под силу, я склонен согласиться.

— Хорошо, покажу. Скажите, вы ведь учили чему-то детей? Дейзи говорит — к вам ходила.