Книга Серафима спешит на помощь, страница 70 – Салма Кальк

Но пойти наверх и что-то сделать мне было в тот момент не суждено. Где-то снаружи, за стенами, запела труба. Все, кто что-то делал во дворе, от Хьюго до самого мелкого мальчишки, задрали головы — что там ещё такое?

Труба пропела ещё раз, и тогда Хьюго, объяснявший что-то мальчику Бертрану, и сэр Бриан переглянулись и пошли наверх, на площадку над воротами. Ещё раньше туда взбежал кто-то из парней из отряда Хьюго. Я припустила за ними.

Что ж, перед нашими воротами стоял какой-то рыцарь, судя по всему. Мужик, в кирасе и шлеме, верхом на могучем коне, конская упряжь какими-то штуками украшена, что на солнце блестят. При нём ещё двое на лошадках помельче, и один как раз с трубой.

— Лорд Хьюго Морторский, выходи! Рыцарь Филип из Альстона вызывает тебя на поединок чести! И пусть боги рассудят, кому должна достаться чужеземная девица!

Чего? С какого, простите, такого боги должны рассуждать, кому я достанусь? Всё ж рассудили уже?

— Это вообще что за… — я в последний момент подавила рвущееся с языка неприличное слово.

— Это вызов на поединок чести, миледи, — кошак Бриан с усмешкой переглянулся с Хьюго.

Ещё и ржёт, паршивец. Оттаскаю за хвост, будет знать!

— А с хрена ли поединок чести, если вот он, — я ткнула пальцем в Хьюго, — привёл меня из леса согласно обычаю и даже собрался жениться?

Правда, ответил мне вовсе не Бриан, и даже не Хьюго, а Эдрик, который тоже поднялся к нам и парил сейчас над нашими головами.

— Древний обычай, — сказал он. — Чужемирных девиц не всегда хватает всем проклятым магам, и не все в ночь Тёмной луны были достаточно расторопны, чтобы добыть себе приз, или даже просто достаточно удачливы. Для таких существует ещё одна возможность — поединок чести. Можно вызвать на поединок оружием, без магии, более удачливого соперника, и одержать над ним победу. И забрать девицу — покуда не свершён брачный обряд, и девица не стала законной супругой.

— А девица что, утрётся и пойдёт? — поинтересовалась я.

Вокруг заржали.

— Девицу не спросят, миледи, — усмехнулся Бриан.

— А если девица поддаст победителю под жопу и обратно вернётся? — надо же сразу понять, что там и как.

И что делать, если вдруг.

— Обычно не поддаёт, — хихикнул кто-то ещё.

Тут до меня дошло ещё одно обстоятельство.

— А что, поединки вот прямо до смерти?

Снова посмеялись.

— Не обязательно, миледи, — ответил Бриан. — Чаще до того момента, пока оба участника хотят и могут продолжать бой.

— И уклониться типа нельзя, да?

Опять ржут.

— Госпожа Серафима, тот, кто уклоняется от поединков, слывёт трусом, разве у вас не так? — спросил Эдрик.

— Да у нас можно в ответ на такое просто в рожу получить. И себе, и товарищам. И похромать обратно, размазывая слёзки. Э-э-э… можно, я дам ему в рожу, и он пойдёт уже?

Хохот грянул такой, что я прямо удивилась. Ну да, они видели только, как я косячила с мечом, и как потом в плен попала, да и всё.

И тут наконец-то заговорил мой бесценный жених.

— Миледи, вам не о чем беспокоиться. Мне весьма приятно, что вы… не горите желанием сменить жениха, я вам за это благодарен от всего сердца. Но я не думаю, что этот эпизод затянется. С рыцарем Филипом мы встречались на турнирах, было дело, и ему ещё ни разу не удалось выиграть у меня.

— А чего тогда припёрся-то? Совсем, что ли, дурной?