Книга Подарочек, страница 23 – Салма Кальк

Итак, почасовка, учебный отдел, Ольга Юрьевна. Возвращаемся из страны воспоминаний. Ирка напомнила про больничные и прочие форс-мажоры, и о том, что всё это зафиксировано в кадрах, и выразила готовность написать про это какую-нибудь отдельную бумагу – если потребуется.

Далее нужно было идти в корпус И, в кадры. Несколько тысяч обитателей политеха были учтены со всех сторон. Для удобства существовал отдел кадров для преподавателей, отдел кадров для учебно-вспомогательного персонала, то есть для таких, как Ирка, ещё отдельно учитывали студентов и отдельно – администрацию, бухгалтерию и прочие организационные структуры. В своё время, три года назад, когда только устроилась на работу, Ирка довольно долго разбиралась со всей этой системой – что, куда, по какому вопросу и каким образом. Ничего, разобралась. Признакомилась с нужными людьми, и стало просто – потому что в политехе всё делается через знакомых людей. Ну или просто через взаимно друг другу приятных сотрудников соответствующих служб. У Ирки в кафедральных документах был порядок, поэтому её общение с кадрами и прочим обычно было приятным.

Оказалось, что её искали и как лицо кафедры, и как сотрудника – тоже. В кадрах для преподавателей ей отдали список преподавателей, которых нужно было туда направить – чтобы расписались в разнообразных приказах про себя. Ирка предложила взять бумаги и лично изловить всех, кто был нужен, но номер не прошёл, значит, ей надо тем, кто есть сейчас, сказать после пары, а остальных обзвонить, чтобы завтра явились и не забыли дойти до корпуса И.

В кадрах учебно-вспомогательного персонала ей самой сказали расписаться за то, что два месяца по приказу подрабатывала ещё на одной соседней кафедре – тоже работала с документацией, а теперь оттуда увольнялась. Ну ок, хорошо, что повезло подработать, глядишь, вдруг ещё что-нибудь подвернётся. Например, снова покормить семинар, который проводит время от времени муж Софьи Абрамовны, то есть – его участников, там зарплатка выдается в конверте, но хуже она от того не становится.

Когда Ирка после странствий по огромному зданию вернулась к себе в своей корпус К, там как раз завершалась первая пара второй смены. Троих преподавателей из списка удалось поймать вот прямо на пороге – пока не ушли ни на следующие пары, ни домой, и направить их в кадры. А ещё троим, у кого сегодня занятий нет, она позвонила – чтоб завтра начинали свой рабочий день с визита в корпус И.

Глядишь – и перемена закончилась. Ещё одна пара – и пять часов. Ирка сообразила, что с утра ещё не заглядывала в официальную кафедральную почту – вдруг там что.

О да, там кое-что. Информация от их гуманитарного декана о необходимости срочной корректировки учебного плана для двух специальностей, которые открываются в следующем учебном году. По идее, это надо уточнять с заведующим. То есть, Ирка и сама знает, что там и как, но субординация и вот это всё.

Евгений Валерианович был очень рад её слышать, ещё сильнее рад, что она сама всё знает, велел отзвониться в деканат и сказать им что и как, а он будет завтра и что надо, подпишет. Завтра ведь у него аспиранты, да, лекция же?

Да, аспиранты, да, лекция. И студенты, тоже лекция. И ещё Ирка не устояла и нажаловалась начальству на Вику – что снова явилась под конец пары, и как всегда – у неё сложились обстоятельства неодолимой силы. Тот только вздохнул – Вику было очень трудно припереть к стене и наказать, она вертелась, как уж на сковородке, и обычно как-то выкручивалась. Ну да ладно, это пусть шеф сам разбирается.