Книга Город веселья и злобы, страница 230 – Алексис Л. Менард

Тело Феликса так и не нашли; меня никто не обвинил и даже не заподозрил в его убийстве. Особенно после того, как Ваня дала показания, что собственными глазами видела, как он застрелил инспектора, и выдвинула еще ряд тщательно сформулированных обвинений, добавивших репутации семьи Фиренце позорных пятен. После такого у алхимиков не осталось способов вернуть былой статус, и они ограничились продажей каких-то лекарств и настоек, что, как я слышала от Вани, приносило куда меньшую прибыль, чем раньше.

Благодаря Ване Нико вернули – вернее, доставили – его тень. На следующий же день после праздника к нам приехала некая женщина по имени Синтия со шкатулкой, внутри которой была тьма. И, лишь увидев, как его черный силуэт тянется по полу, я почувствовала, что тяжесть этого мира на моих плечах стала легче.

Новая программа Хартсонга меняла жизнь в Линчхэвене. Теперь, когда Верховный Наблюдатель получил полную власть и Девятка ему больше не угрожала, в руководстве появились новые места, а у потомков Отмеченных – право голоса. Нико стал представителем Роу и теперь пользовался своим влиянием, не прибегая к шантажу и вымогательству. Я иногда поддразнивала его, говоря, что он полностью легализовался. Прямо образцовый кавалер, если не знать, как он себя ведет за закрытыми дверями. Впрочем, теперь это играло мне на руку.

Мои братья отправились домой, в особняк Маркезе, который Ваня лично вернула им из городской собственности. Я туда так и не заходила, но когда-нибудь хотела бы. Слишком много призраков осталось в его коридорах, а я была слишком занята подготовкой к грядущему, чтобы смотреть в глаза прошлому.

Наши с Арамисом отношения внешне казались теплыми. Я никогда не сомневалась, что он хотел мне помочь, однако некоторые обиды не забываются, как бы их ни оправдывали. И хотя моя голова уже простила его, сердцу требовалось больше времени, чтобы вновь начать доверять.

И все же он принял мое приглашение на сегодняшний вечер, чем приятно меня удивил.

— Должен признать, – сказал Нико, – я думал, что обожаю, как ты выглядишь в красном, но в белом ты чудо как хороша.

— Не привыкай, – улыбнулась я его отражению в зеркале, разглядывая платье из кремового шелка, расширяющееся книзу от тщательно подогнанного лифа.

Оно было очень простым и почти без деталей. Все внимание привлекал к себе шелк, струящийся по моему телу волнами цвета слоновой кости. Сзади по полу стелился короткий шлейф.

— Я надела его, только чтобы соблюсти традиции.

Металлическим пальцем искусственной руки, не спрятанной под перчаткой, он провел по моим волосам, волнами спадающим мне на плечо.

— Кстати, у меня твое кольцо. Его наконец подогнали под твой размер.

Разговор об украшениях достаточно отвлек меня от собственного отражения, чтобы я подошла за ним к его рабочему столу. Из запертого ящика он достал бархатную коробочку и немного подержал передо мной, прежде чем открыть.

— Должен тебя сразу предупредить, это не то кольцо, которое ты выбрала.

— Что ты имеешь в виду? Что там?

Мы купили кольцо несколько недель назад, после того как Нико сделал мне предложение в баре. Мы оба были уже пьяны, и дядя Нико был не в восторге от этого импульсивного поступка, однако в конце концов все сложилось как надо.

В конце концов, я надела белое платье.