Книга Город веселья и злобы, страница 119 – Алексис Л. Менард

— Он не может, – шепотом ответила я.

Я внезапно поняла, почему на пальцах убитого Стража была кровь кровососа. Он рисовал символы.

Я оглянулась назад, осматривая место, где на него напали. Взгляд зацепился за бледный символ, слабо светившийся на кирпичной стене склада. Руна была незнакомой – явно другие чары. Я быстро оглядела улицу и убедилась, что такие символы есть и на других складах. Вместе они образовали барьер, а это значило, что Нико находится под действием какой-то магии Тайного Знания.

— Помнишь барьер в башне? – спросила я. – Думаю, это что-то похожее. Посмотри на стену.

Лотар посмотрел туда, куда я показывала пальцем, увидел символ и широко раскрыл глаза.

— Нужно его уничтожить. – Он кинулся к стене и попытался стереть нарисованную кровью руну, но грязно выругался: изображение едва смазалось.

— Кровь уже впиталась в кирпич. Можешь использовать свой…

— Нет, ни в кем случае.

Он подошел ко мне с другой стороны переулка и присел рядом на корточки.

— Камилла, это важно. Если они каким-то образом заглушили магию, у нас не будет ни малейшей возможности вышибить их из Роу.

Он говорил так, как будто я не сознавала, насколько высоки ставки, и не хотела помочь.

— Лотар, ты не понимаешь. Туман слишком густой. Я едва вижу, куда может распространиться мой огонь, а вокруг слишком много людей…

Лотар отрицательно покачал головой:

— Ну мне-то не ври, босс. Я же видел, как ты управляешь своим Следом. Если у тебя получилось один раз, получится и второй.

— Это было всего раз, – прошипела я.

Проклятье! Все так верили в меня, но никто не знал правды. Уж Лотар-то, единственный из всех потомков, должен был знать, какие фокусы творила Далила со своими подопытными.

Кровь кипела внутри меня, но сердце отчаянно сопротивлялось. Эта ожесточенная борьба разрывала меня на части.

— Я убивала людей в Хайтауэре, Лотар, – огрызнулась я наконец. – Ты видел лишь проблеск контроля, но он никогда не был таким… таким…

— Предсказуемым? – подсказал он.

Я кивнула, растеряв слова.

Он посмотрел в конец переулка, где на улице снова началась стрельба и раздавались крики.

— Горе, страх, сожаление, те воспоминания, которые всплывают на поверхность каждый день, – это то, что никогда не поддается контролю. Но та стена, которую ты продолжаешь строить, чтобы защититься от них, ни от чего не убережет, Камилла. Ты просто держишь в себе все эти чувства, которые приносят боль.

Он схватил меня за руки.

— Я помню, какой была Далила, босс. Она вырыла тебе очень темную и глубокую яму, не оставив ни одной опоры, чтобы выбраться наружу. Но твоя семья здесь, и мы тебя вытащим. Неважно, сколько раз ты упадешь обратно, просто протяни руку, хорошо? Ты сможешь.

По моей щеке скатилась теплая слеза, и я помотала головой, прогоняя остальные, застившие глаза.

— Ладно, хорошо. Только отойди назад на всякий случай.

— Как скажешь, Милла. Я собираюсь присмотреть за Нико.

Он быстро удалился тем же путем, которым мы пришли, видимо, чтобы отыскать другую боковую улицу, ведущую в центр. След внутри меня набегал и откатывал, словно волны, бьющиеся о скалу, ударял в сознание и отступал для следующего удара. Я отошла на шаг назад от края здания, позволяя Следу утихнуть, хотя поднявшаяся в крови сила дошла до предела и осталась на этом уровне.