Книга Милфа, страница 7 – Маша Малиновская

— Я знаю английский, Карин, — качаю головой и смеюсь.

— Но вообще-то, сейчас это слово уже воспринимается иначе.

— И как? — вскидывает брови Галина.

— Сексапильная красоточка за тридцать, — манерно ведёт плечом Карина. — Как я, например. Ну и все мы, по сути.

Она обводит взглядом наш столик, будто ищет подтверждения, но не дожидается ответа.

— Настоящая женщина должна знать себе цену, девочки. Мы не только для кастрюль рождены.

— Карин, ну ты и актриса, — смеётся Оля, но ее смех добрый, не насмешливый.

Все смеются. Даже официантка, проходя мимо, улыбается. Я улыбаюсь тоже, но внутри чувствую странное напряжение.

— Лиль, ты чего? — Карина вдруг замечает мое молчание. — Согласна со мной?

— С чем именно? — стараюсь говорить ровно, отпивая кофе, чтобы скрыть смущение.

— Что быть женщиной — значит не только варить борщи, но и быть желанной. Слышишь? Желанной!

Слова Карины будто ударяют куда-то в самое уязвимое место. Я не знаю, что ответить. Всё, чего я хочу — чтобы этот разговор закончился.

Карина переключается на парней, бросает на них игривый взгляд, и я снова ощущаю странное беспокойство. Перед глазами вдруг всплывает другой образ. Другие глаза.

Илья.

Этот темный, обжигающий взгляд. Как тогда, в коридоре. Вспоминаю, как он скользил по мне, будто видел всё. Насквозь. Снова чувствую этот жар, этот странный ток, пробегающий по телу.

— Лиль, ты вообще нас слушаешь? — Карина хлопает меня по руке.

— Да-да, конечно, — отзываюсь быстро, но голос звучит чуть глуше, чем я бы хотела. Севший как-будто.

— Ну с тобой всё ясно, — смеётся Карина. — Ты у нас самая правильная. Но когда-нибудь, Лиль, ты захочешь вырваться. И вспомнишь, что я была права. Что мир не заключён в твоём прокуроре.

Она шутит, но её слова снова ударяют неожиданно больно. Я отводжу взгляд, утыкаясь в пустую чашку.

— Девочки, я, пожалуй, пойду, — говорю через минуту, натягивая привычную улыбку. — Уже поздно, и мне нужно домой.

— Ну, конечно, — Карина громко вздыхает, но её тон тёплый. — Давай-давай, миссис Совершенство, не забудь, что у тебя есть подруги.

Я быстро выхожу из кафе, чувствуя, как вечерний воздух касается лица. Голова тяжелая, как будто эти разговоры что-то разбудили внутри меня.

«Настоящая женщина должна быть желанной».

Карина смеётся над своими словами, но почему я не могу выкинуть их из головы? И почему перед глазами снова мелькает этот взгляд?

Иду быстрее, стараясь отогнать мысли. Но они цепляются за меня, как густая паутина, и я понимаю, что забыть их будет гораздо сложнее, чем мне кажется.

Дом встречает меня тишиной. Закрываю за собой дверь, скидываю пальто, ставлю сумки с продуктами на кухонный стол. Пусто, тихо — хоть это радует.

Включаю свет, ставлю воду на плиту и начинаю разбирать пакет.

Евгений и Илья остались еще на ночь. Это почему-то тяготит сильнее, чем сама мысль о том, что придется снова выслушивать саркастические замечания Романа.

Сегодняшние слова Карины улеглись внутри странным горчащим осадком. С одной стороны смешно было, как она перед молодыми парнями выпендривалась, но с другой…

Мои мысли, словно заколдованные, возвращаются ко вчерашнему вечеру. К этому приглушенному твердому “Лиля”, к лёгкому рукопожатию.

Глупо как.

Почему я испытываю такой дискомфорт?