Книга Милфа, страница 52 – Маша Малиновская

— Ты дрожишь, — он подходит ближе, касается пальцами моего подбородка. — Боишься?

Я сглатываю. Я ведь действительно боюсь.

Но чего именно? Того, что Роман узнает? Или того, что мне слишком нравится эта игра?

— Нет, — выдыхаю, но мой голос звучит недостаточно убедительно.

— Врешь, — усмехается он и медленно наклоняется, чтобы коснуться моих губ. Поцелуй короткий, но прожигающий. Я делаю шаг вперёд, но он останавливает меня, удерживая за талию.

— Я бы с удовольствием взял тебя прямо сейчас, — произносит он, его голос обволакивает, гипнотизирует, заставляет дыхание сбиться. — Но я не хочу отнимать у тебя впечатления от сегодняшнего вечера.

Я моргаю, тяжело вбирая воздух в лёгкие. Этот вечер.…

— Мы действительно туда идем? — шепчу я, словно сомневаясь в реальности происходящего.

Нет, даже не так. Вот так: Я действительно туда иду?!

— Конечно, — его пальцы ласково скользят по моему затылку, зарываются в волосы. — Ты ведь хочешь узнать, что значит "пожёстче", верно? Ну или хотя бы посмотреть.

Щекотка внутри становится огненной. Я вспоминаю его слова. Помню, как тогда внутри всё сжалось от этих обещаний.

Опускаю глаза, пытаясь найти в себе хоть каплю благоразумия.

Что же я творю? Что это за воздействие такое?

Меня словно опоили чем-то, но я-то знаю, что это не так.

Хочется крикнуть: “Ох, Лиля, остановись! Одумайся!”

Но ладонь Ильи ложится мне на шею, лёгкий нажим пальцев заставляет меня снова встретиться с ним взглядом.

— Я обещаю, тебе понравится, — его голос скользит по моей коже, проникает под нее. — Просто доверься мне.

И я понимаю, что уже давно перешла ту черту, за которой можно остановиться.

Я доверяю ему. Да.

— Хорошо, — шепчу, и его губы растягиваются в самодовольной ухмылке.

Я не уверена, осознаю ли я, во что ввязываюсь. Но одно знаю точно — обратно пути нет.

Да его давно уже нет.…

Телефон Ильи вибрирует, издавая короткий, но настойчивый звук. Он смотрит на экран, хмурится, затем поднимает взгляд на меня.

— Мне нужно выйти. Это по работе, — говорит он, наклоняясь ко мне. Губы касаются моих, горячие, влажные. Его рука на моей талии сжимается чуть крепче, словно обещание, что он скоро вернется.

Я киваю, стараясь не подать виду, что мне страшно остаться одной в его квартире. Страшно остаться наедине с собой и передумать.

Илья уходит, а я слышу, как за дверью щёлкает замок.

Осталась. Одна.

Квартира вдруг кажется слишком тихой. Слишком… чужой. Волнение подбирается к горлу, разливается тяжестью в груди. Я делаю глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, и подхожу к зеркалу. В отражении — женщина с раскрасневшимися щеками и блеском в глазах. Женщина, которую я почти не узнаю. Она выглядит по-другому. Она.… живая.

Непривычно. Меня словно лихорадит.

Я нервно сглатываю и отвожу взгляд.

Но тут слышу тихий писк в сумочке. Достаю смартфон и обнаруживаю, что заряд на почти на нуле. Чёрт.

Как так вышло? Почему мой перфекционизм начал давать сбои?

Мой провод остался дома, но я видела, как Илья кидал своё зарядное в ящик тумбы у кровати. В этом нет ничего страшного — просто взять и подключить телефон. Всё логично. Обычная вещь. Но почему я всё же чувствую себя так, будто пересекаю очередную запретную грань?

Подхожу к тумбочке, медлю пару секунд, а потом всё же открываю ящик.