Книга По его правилам, страница 8 – Маша Малиновская

Открытое кафе «У Романа», которое среди народа именуется просто «Ромычем», располагалось в дальней части парка среди высоких старых тополей и клёнов, от основной толпы скрыто густой растительностью в это время года.

Под деревянным навесом уже были сдвинуты несколько столиков, на которых стояли салаты, нарезки, посуда, бутылки со сладкой минералкой. Рядом были придвинуты где‑то деревянные лавочки, где‑то стояли пластиковые стулья. Многие из наших уже расселись за столом, оживлённо болтали в ожидании остальных. Под ногами стояли пакеты с алкоголем. Выставлять бутылки на стол пока не решались, но, думаю, скоро никого это стеснение волновать не будет. Меня лично пьяные люди раздражают, не вижу необходимости употреблять алкоголь, чтобы хорошо провести время. К тому же он ужасно влияет на кожу.

Мы с Таней и Настей сели в самом центре, справа уселся Пашка.

— Непорядок! — засмеялся Илья и плюхнулся на лавочку рядом с Кутузовым.

— Ты и так рядом с восьмого класса, Ромушин, — Пашка толкнул его в бок. — И Златуля ни в какую не хочет с тобой расставаться, сколько бы я к себе за парту не звал, дай хоть в баре рядом посидеть.

Я подкатила глаза и отвернулась к Тане. Когда Кутузов начинает распускать свой павлиний хвост, мне становится даже немного смешно.

Но вдруг мне стало не до смеха. Когда уже почти все были на местах, в беседку вошли парни из «Б» класса и с ними этот новенький. Внутри поднялась волна возмущения. Вот же наглый какой! Неужели и правда не доходит до него, что ему тут не рады.

— Золотуль, ты чего? — Пашка положил руку на спинку лавочки сзади меня и придвинулся ближе. — У тебя глаза сверкнули. Быть буре?

— Отвали, Паш, — теперь уж молнию из моих глаз получил Кутузов и притормозил, подняв примирительно ладони. — А лучше объясни, что ЭТОТ тут делает? Или мы теперь с мироновскими дружбу водим?

Пашка нахмурился, но ничего не ответил. Народ стал подтасовывать под столом пластиковые рюмочки, передавать типа как незаметно тем, кто решил травиться. Новенький сел за стол с противоположной стороны человек на пять левее, что‑то сказал парню, который оказался рядом, и они привстали и чуть отодвинули лавочку назад от стола. Таня рядом со мной как‑то вдруг приосанилась, за что мне захотелось стукнуть её побольнее. Надо будет обязательно сделать ей внушение. А сейчас стоит постараться забыть о его присутствии, хватит себе уже праздник портить. Я отвернулась к Пашке и прислушалась к тому, о чём они болтали с Ильёй.

Веселье потекло своим чередом. Смех, шутки, тосты произносились уже смелее. Персоналу особо не было дела до толпы великовозрастных школьников, которые оплатили место, время и заказ. Милиция сюда редко заглядывает. Да и вообще, они только для вида в парке, машина стоит на въезде, редко когда пройдутся хотя бы по аллее.

Стало как‑то слишком уж шумно. Некоторые стали курить за столом, пришлось возмутиться. Неужели так трудно выйти из беседки? Это их дело, но лично мне неприятно, когда дымят рядом. От волос потом жуткий запах.

В сумочке рядом завибрировал новенький телефон. Мама волнуется, видимо. Я достала телефон и встала, чтобы выйти на улицу. Разговаривать с мамой там, где слышен не совсем стройный смех и частенько проскакивают нецензурные словечки, уж как‑то не хотелось.