Книга По его правилам, страница 39 – Маша Малиновская

— Э… Кажется, нет.

— Прошли. Начали следующую, — вставила свои пять копеек Маркиза.

— Ну что ж, — пожала плечами географичка. — Надеюсь вам у нас не будет скучно на уроках.

Одно дело, когда ученики ведут себя по-свински, но когда к этому присоединяются и учителя — это уже совсем ни в одни ворота.

Географичка дала задание отследить по атласам места развития лёгкой промышленности по территории бывшего СССР, а сама отвернулась к доске и стала чертить таблицу. Королёва сделала задание быстро, а потом вздёрнула руку.

— Не надо, — тихо процедил я и уложил её руку обратно на парту, надавив на запястье. — Не высовывайся. По крайней мере пока.

Она повернулась и изумлённо посмотрела на меня, отдёрнув руку, будто я заразный. Тонкие ноздри в негодовании затрепетали, а пухлые губы приоткрылись.

— И одеться стоит завтра попроще, Маркиза, — шепнул, склонившись ближе, чтобы никто не услышал.

— Будешь мне указывать? — прошипела она, сузив глаза.

— По-доброму советовать.

— Прекратить разговоры в классе! — географичка обернулась и направила на нас взгляд полный негодования.

Пришлось замолчать нам и уставиться в учебники, но от Маркизы так волнами и исходило недовольство. Но больше меня как-то отвлекало не оно, если честно, а аромат. Пахнет она, конечно, здорово. Так и хочется уткнуться носом в шею.

В этот день у нас было ещё пять уроков. На переменах девчонка держалась одна, на уроках сидела тихо, только молча писала в тетрадях. Ко мне не поворачивалась, а вот я себе не отказывал в удовольствии время от времени её поразглядывать.

Остальные тоже, на удивление, интереса не проявляли. Но меня этим не обманешь. Пару раз я ловил взгляды Олеськи и на себе, и на Маркизе. Недобрые такие взгляды.

Закончились уроки в начале второго. В двадцать восьмой не то что в первой, тут уже через десять минут мало кого можно застать в помещении школы. И учителей в том числе. Факультативы, дополнительные занятия, репетиции самодеятельности — не реалии этого места. Отсюда хочется быстрее свалить, потому что всё, что тебя ожидает на допе1 — это уборка пыли на шкафах или протирание плафонов. Я, конечно, в одно время любил ходить на допы по истории, но это уже совсем другая история, за которую теперь получаю эти хлёсткие взгляды от завучки и географички.

Так вот, когда я вышел на крыльцо, то обратил внимание, что Маркиза ещё копошилась возле гардеробной. Автобус в сторону центра должен был подъехать через пятнадцать минут.

— Бахур! — услышал я голос Русика, с которым в классе хорошо дружили. — Топай сюда! Или зазнался?

Руслан и парни заржали как кони, а я, спрыгнув через ступеньку, подошёл к ним. Парни поделили сигареты, купленные поштучно в ларьке за углом, и никого не смущало, что стояли они прямо возле входа в школу. Да это и меня раньше не смущало, чего уж.

— Куколка, иди к нам, — оскалился вдруг Жора, глядя мне за спину.

Я обернулся и увидел, что со ступеней спускалась Маркиза. Она вскинула глаза на толпу парней, среди которых был и я, и снова посмотрела под ноги, потому что ступени были скользкими.

— Ну же, лапуля, я не обижу. Мы все не обидим, — Жорик противно заржал и изобразил неприличное движение языком.

Девчонка подняла ворот пальто выше и сжала губы, забросила сумку выше на плечо и устремилась по дорожке к выходу из школьного двора. Сзади завизжали шины, она вздрогнула. Брат Руслана подъехал на видавшей виды шестёрке, когда-то претендующей на белый цвет. Вывалил музыку громче, понтуясь перед малолетками. Ну ещё бы, в прошлом году кое-как школу со справкой окончил. Пацан неплохой, но туповатый.