Книга По его правилам, страница 25 – Маша Малиновская

Волосы накрутила на плойку, подколов с одного боку заколкой в виде большого осеннего листочка, а со второго оставив длинными светлыми локонами спадать на грудь, плечо и спину. Закончила макияж и брызнула каплю туалетной воды, что папа привёз из командировки из Испании.

Вот и отлично!

Именно так я решила, подарив себе в зеркало улыбку.

В пять минут пятого уже все организаторы и участники были в школе. Попробовали бы опоздать. Я вообще терпеть не могу опаздывающих. На удивление, сегодня даже Белова пришла вовремя. Правда, для этого мне пришлось позвонить ей раза три, начиная с двенадцати дня.

— Проверьте микрофоны, ещё раз пересмотрите плей-лист для конкурса и для дискотеки, пусть они у вас будут в разных папках сохранены, — я дала последние распоряжения диджеям.

— Златуля, у тебя всё под контролем, как всегда? — в актовый зал заглянула педагог-организатор.

— Конечно, Инна Викторовна, всё уже готово. Участник от 10-Б забыл бабочку, побежал домой, но ему тут недалеко, с минуты на минуту должен вернуться.

— Отлично! Я буду пока в методическом, если что — зовите.

— Хорошо.

Без четверти пять в зал стали пропускать старшеклассников, пришли много родителей и почти все учителя. Даже обиженных недотанцовщиц из восьмого пропустили, хотя я, вообще-то, против была. Но у одной из них бабушка — учитель начальных классов, вот, видимо, и уговорили завуча. Вот я такое не люблю. Не положено — значит не положено.

Мои родители тоже приехали. Успели чмокнуть меня в щёку до начала мероприятия, но предупредили, что им придётся уехать, скорее всего, до окончания праздника. И, так как я буду ещё на сцене, попрощаться не получится. И вообще, сегодня домой они приедут поздно, так что мне нужно быть осторожной, не идти с дискотеки одной и обязательно хотя бы пару раз им отзвониться.

Перед самым концертом я решила пойти взять в классе ещё одну копию сценария, чтобы у диджеев было два экземпляра. Так удобнее, чтобы треки отмечать и следить за конкурсами. Я обошла актовый зал, и вдруг перед поворотом за угол заметила, что у меня отстегнулся ремешок на босоножке. Застёжка сползла, и пришлось пару минут повозиться, чтобы поставить её на место и застегнуть. И тут из-за угла я услышала разговор. Вообще-то, я знаю, что подслушивать нехорошо, но я узнала голос Бахурина. А на войне, как говорится, все средства хороши. И главное средство — информация.

— Демид, позвони отцу. Уже прошло два месяца, он волнуется, — говорила женщина, взрослая. Могу предположить, что это его мама.

— Я сказал нет.

— Дём, он же твой отец.

— И его тоже.

— Сынок, ты же сам всё понимаешь…

— Мама, Сергею дали три года!

— Тише…

Послышался тяжёлый вздох.

— Демид, я не понимаю, что с тобой происходит и зачем ты всё это делаешь. Точнее, понимаю, но… Так же нельзя. Ты знаешь их взаимоотношения с Серёжей. Но то, как ведёшь себя ты! Просто провоцируешь. Зачем?

Где-то на втором этаже послышался смех и какой-то шум.

— Ладно, мам, тебе пора. Концерт уже скоро начнётся. У тебя же поезд через час, тебе вообще не стоило приезжать.

— Дём, я волнуюсь.

— Не стоит. Я справлялся сам до этого, и продолжу справляться, так что… Счастливой дороги, мама.

Послышался шорох, наверное, он её обнял, а мне нужно было ретироваться. Я резко развернулась и спряталась в нишу возле библиотеки. Свет тут был погашен, вряд ли меня можно было заметить.