Книга Я купил тебя. Дорого, страница 64 – Маша Малиновская

Что ни говори, но каким бы ни был Обласов по характеру, он красив. И не признавать это глупо.

— Твоя очередь, — говорит, приподняв бровь. Он оборачивает бёдра полотенцем и смотрит на меня.

Думаю, он в курсе, что я пристально разглядывала его, будто опытная куртизанка.

А теперь этим займёт он. Не скрывает этого — подчёркивает.

И несмотря на то, что произошло между нами совсем недавно, я всё равно смущаюсь его откровенного взгляда, которым он рассматривает меня. Но слушаюсь, делаю, что говорит.

Отставив на столике пустой кокос, я, мягко ступая, иду в душ. Закрываю кабинку и демонстративно поворачиваю внутренний небольшой замочек. Прекрасно понимаю, что он тут же откроется, стоит только чуть сильнее дёрнуть дверь снаружи. Но во мне просыпается какая-то другая женщина, совсем не я. Она хочет поиграть. Подразнить. Хотя прекрасно понимает, что это может быть весьма опасно.

Свернув жгутом, подкалываю волосы повыше и поворачиваюсь к кровати спиной. Включаю воду и вздрагиваю, когда первые капли касаются кожи. Вся мурашками покрываюсь от осознания, что он смотрит на меня там, за стеклом. А я как будто в безопасности от него — в мнимой безопасности.

Взгляд его ощущаю, хотя и не вижу — кожу покалывает. И снова волной возбуждения кроет.

Что подмешано было в этом коктейле?

Когда поворачиваюсь, убеждаюсь в том, что ощущения меня не подвели. Обласов действительно смотрит. И взгляд его огнём горит — вот-вот стекло кабинки лопнет и осыпется вдребезги.

И да, мы снова делаем это.

Стоит мне открыть душевую кабину, как через мгновение, вся мокрая, я оказываюсь на постели, а Обласов нависает сверху.

Мы так и не решили, пойдём сначала к бассейну или к океану…

Демьян

Милана стоит по щиколотку в воде и смотрит на волны. Замерла, едва ступив на кромку воды. Как по мне, так что океан, что берег Азовского моря — всё вода без видимого берега.

Но для девчонки, видимо, есть разница. Она стоит и не шевелится. Глаза прикрыла, лицо ветру подставила. Длинные волосы развеваются, а до меня, развалившегося на шезлонге, запах её доносится.

Кайфовый. Хорошо она пахнет. Не блядью.

Да и не блядь она, это быстро понятно стало.

Ей нравится здесь на острове, и она так искренне и без понтов это демонстрирует, что я от этого удовольствие ловлю. Не бежит под пальму фоткать свой зад и скорее выкладывать в соцсети, а просто наслаждается всем вокруг, впитывая новые впечатления каждую секунду.

Потягиваю коктейль и прохожусь взглядом по ней. По спине открытой, по плавному изгибу талии, по округлой подтянутой заднице, длинным стройным ногам.

Мила — красивая девочка. В ней полно нерастраченной, какой-то неосознанной сексуальности. Привлекательности не только в теле, но и в глазах. Она умна и амбициозна в профессиональном плане, и это, мать его, возбуждает внезапно больше, чем её охеренные губы.

А губы у неё действительно охеренные.

Она цельная. Как будто завершённая в том идеальном наброске, в котором создана. Мне не хочется ничего добавить или что-то убрать. Хочется забрать как есть.

Да-да, забрать себе. Оставить навсегда. Странно и нехарактерно для меня самого. Просто мне нравится чувствовать себя так, как я чувствую себя рядом с ней — как будто весь мир не такое уж и дерьмо, будто в нём важны не только бабки, не только вся эта блядская картинка, приправленная дешёвым глянцем, но который все считают признаком шика и дороговизны. Где всё не только продаётся и покупается, но нужно ещё и не быть дрянью, а заслужить чью-то улыбку и ласковый взгляд не баблом, а качествами души.