Книга Снова хочу быть твоей, страница 4 – Маша Малиновская

Безжалостное похмелье вроде бы немного даже начинает отпускать, особенно после чашки кофе. Перенести встречи на более позднее время было правильным решением.

— Всеволод Тимофеевич, — вызывает по связи Катя, — к вам пришли.

Блин, просил же перенести.

— Катя, я же ещё вчера говорил, чтобы ты перенесла все собеседования.

— Это не на собеседование, Всеволод Тимофеевич. Тут к вам девушка, говорит, что по личному.

Какая ещё девушка? Ангелина утром должна была улететь с матерью к родственникам на три дня.

— Пусть войдёт.

Дверь в кабинет открывается, и на пороге появляется невысокая худая брюнетка.

Лиза.

Та самая дрянь.

Он изменился.

Однозначно изменился за эти почти пять лет.

Взгляд голубых глаз стал суровее, плечи ещё шире, мышцы мощнее. Даже через рубашку это видно. Вокруг глаз прорезались тонкие морщинки, но они совершенно не портят его, даже наоборот, делают серьёзнее и благороднее.

— Привет, Сева, — говорю негромко. — Можно?

Кажется, он вот-вот рявкнет “Нет!”, и я этого очень боюсь.

А ведь право имеет ещё какое.

— Привет, — говорит ровно, без каких-либо эмоций. В голубых глазах холод и безучастность. — Входи.

Я прохожу в его кабинет и украдкой осматриваюсь. Здесь классно — всё под стать самому Артинскому: массивный стол, широкое кожаное кресло, беговая дорожка у большого окна в пол.

Чистота, открытость и сила.

— Я тут… — неопределённо машу рукой, ощущая внутри полную растерянность, — ездила подавать заявление в клинику рядом. Устроиться к ним на работу хочу. И… решила зайти к тебе поздороваться.

Лгунья.

Почему моя жизнь так пропитана ложью?

Почему я бесконечно всем лгу, окончательно запутываясь в этой липкой паутине? Я ведь раньше не жила так, не любила лгать вообще, а тут… по уши погрязла уже.

Стыдно. От самой себя противно.

— И как? Успешно? — едва приподнимает брови, но на самом деле абсолютно никакой заинтересованности не транслирует.

— Что? — щёки вспыхивают, в кончиках пальцев лёгкое покалывание — нервы.

— На работу взяли?

— А! — смущённо улыбаюсь, ощущая горечь во рту. — Пока не знаю. Рассмотрят — сообщат.

Я не знаю, как начать разговор. В голове вместо мозга оплавленное масло. Я не знаю, с чего даже начать.

— Понятно.

Он больше не задаёт вопросов. И присесть выпить кофе не приглашает. Стоит, заложив руки в карманы брюк, и смотрит на меня. Я же под его взглядом ещё сильнее нервничать и теряться начинаю.

Лиза Копылова и теряется? Ха!

Так бы можно было сказать пять лет назад. Но сейчас я другой человек, брак с Русланом сломал меня.

Мне кажется, я раньше ничего не боялась. Неслась по жизни напролом, достигая поставленных целей.

А сейчас от каждого шороха вздрагиваю и оглядываюсь.

Яна, моя сокурсница и подруга, муж которой дружит с Севой, вчера сказала, что Сева не женат, близких отношений у него тоже нет вроде бы. Но то, о чём я хочу попросить его… Высока вероятность, что он просто выставит меня отсюда взашей, ещё и пинка даст для разгону.

— Слушай, Сева… — наконец решаюсь попытаться сказать то, зачем пришла. И это сложно. Очень. В груди становится тесно, дышать тяжело. Пульс нарастает и чувствуется во всём теле. — Я… пришла к тебе за помощью.

Вскидываю на него глаза, и меня обжигает холодом. Я причинила ему боль, и он не простил — сейчас я это чётко понимаю. И мне бы развернуться и уйти, но перед глазами стоит нежное личико Ромки, моего сына, которого у меня могут отобрать из злости и мести. И ладно я, но каково будет моему мальчику? С кем он будет? С человеком, которому на него плевать?