Книга Источник для захватчика, страница 10 – Маша Малиновская

В шкафу я выбираю белое ситцевое платье чуть длиннее колен без рукавов. Волосы расчёсываю и оставляю сохнуть. Возможно, тут есть где-то фен, но искать мне совершенно не хочется. Из зеркала на меня смотрит уставшим потухшим взглядом молодая девушка. Белое платье, бледная кожа, светлые волосы. Даже губы почти белые. Только лишь глаза выделяются голубизной.

Ключ тихо щёлкает в двери, заставляя меня вздрогнуть, и на пороге появляется женщина средних лет в такой же серой «пижаме», как и медсестра в Подготовительном центре.

— Мисс Роуд, — обращается она ко мне, — я — Дэя, медсестра. Я буду контролировать процесс переливания. Вам пора на процедуру.

Жар устремляется от сердца к ногам, а потом резко подаётся назад. Голова начинает кружиться. Мне страшно. Очень. Как бы я не пыталась смириться, я боюсь боли, боюсь смерти. Это же наш инстинкт — желание выжить.

Я сглатываю и на ватных ногах иду за медсестрой-инопланетянкой. Коридор-поворот-коридор-поворот, и вот мы у двери. А за ней обычная комната, но в центре рядом стоят два медицинских кресла. Мы с медсестрой в комнате одни.

— Командор скоро придёт, — словно прочитав (а может они и это умеют?) мои мысли, говорит медсестра. — А вы пока пройдёте процедуру адаптации.

Ни жива, ни мертва я усаживаюсь в кресло.

— Это для вашей безопасности, — поясняет медсестра, пристёгивая мои руки и ноги, что абсолютно не действует успокаивающе.

После недолгих приготовлений она втыкает мне в вену иглу и вводит лекарство. Ничего не происходит.

Медсестра выходит, и я остаюсь одна. Привязана к креслу в полулежачем положении. Так проходят минуты, часы. Я всё лежу и жду. Где командор? Где медсестра? Обо мне забыли?

Я выдёргиваю иглу и встаю, оказывается, ремни были просто наброшены, но не закреплены. В голове слегка шумит. Нужно выйти и узнать, что случилось.

12

За дверью тоже тихо. Я бреду по коридорам, сворачивая то вправо, то влево. Кажется, я заблудилась. Это и неудивительно, ведь я совсем не знаю этот дом.

— Лили!

Внутри меня всё замирает.

— Лили!

Мне не послышалось! Это Шон!

— Шон! — кричу в ответ и начинаю бежать на его голос.

Я бегу долго, петляя по коридорам, но всё никак не могу его найти. Слышу его голос, но он всё дальше. И я продолжаю бежать. Ноги начинают болеть, дыхание спирает.

— Шон! — что есть сил кричу я и продолжаюю бежать.

Боль и жар в ногах становятся невыносимыми, уже горит в груди и выше.

— Голова… — шепчу я и оседаю на пол, сдавив виски.

Боль уже завладела всем моим телом, она внутри, снаружи — везде. Она плавит меня, заставляя корчиться на полу. Мир теряет очертания, всё плывёт, а огонь пожирает мои внутренности. Я истошно кричу, продолжая барахтаться в пустом коридоре особняка, как вдруг меня выбрасывает куда-то.

Я снова в комнате на кресле, вижу размытое лицо склонившейся медсестры и высокую тёмную тень ближе к двери. Мне не услышать, о чём они говорят, потому как этот жуткий огонь снова затягивает меня в свои обжигающие объятия.

Не знаю, сколько проходит времени. Я продолжаю выплывать в реальность, и снова тонуть в боли. Долго, будто вечно. Но потом корабль сознания перестаёт раскачиваться, и я просыпаюсь.

Я лежу в постели в своей комнате. Медсестра, увидев, что я открыла глаза, спохватилась и, вскочив с кресла, подбежала ко мне.