Книга Развод, страница 10 – Маша Малиновская

Но сейчас я хочу изменений. Цвет вряд ли решусь перекрасить, а вот длину обрежу.

— Мне что-нибудь… другое, — объясняю стилисту. Раньше я ходила к другой девушке, но она недавно ушла в декрет, так что как раз: новый стилист — новая причёска. — Каре, может.

Девушка придирчиво осматривает мои волосы. Вертит их в пальцах, оттягивает.

— Хорошо, — отвечает коротко и приступает к работе, уточнив лишь, будем ли отрезать чёлку.

Через час я встаю с кресла и ближе подхожу к зеркалу. Трогаю свои волосы, которые больше не спадают за спину, а едва достают ровной до остроты линией среза до основания шеи.

Чувствую себя какой-то другой. Вроде бы всё то же, только волосы короче и гладкие, но… я другая. Ощущение внутреннее скорее.

— Мне нравится, — говорю стилисту честно, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. — Очень.

— Супер! — радуется девушка, что клиентка довольна.

Она даёт мне рекомендации по уходу и укладке, и я — новая Ира — отправляюсь домой.

Мне хочется увидеть себя обновлённую, себя другую. Примерить образы. Поэтому первым делом, когда приезжаю, я распахиваю шкаф и достаю свой гардероб. Надеваю то лёгкое свободное платье, то строгий костюм, то джинсы с футболкой. В любом образе нравлюсь себе!

Но больше всего в любимом белье. С такой причёской и в чёрном кружевном комплекте кажусь себе какой-то… более порочной, что ли.

И ловлю себя на мысли, что представляю, а как бы отреагировал на меня такую Гордей. Именно вот так — когда я в белье.

Ему всегда нравились мои длинные волосы. Когда-то он даже говорил об этом, часто их трогал, пропуская между пальцами, или крепко сжимал в кулаке в порыве страсти.

Когда-то…

Давно. Не месяц назад, когда мы развелись. И не год. А когда-то…

Дочери моя причёска нравится, когда я забираю её от мамы.

— Тебе идёт! — с восторгом и особой осторожностью она трогает своими ручками мои волосы. — Я когда вырасту, тоже так хочу. Коса надоела.

— Если надоела, то не обязательно ждать, пока ты вырастешь. Как решишься, то поедем и подстрижём.

Бабушка, конечно, тут же хватается за сердце. Коса у Вики шикарная. Но она сама имеет право решать. Для маленьких девочек тоже и на короткие волосы тоже есть красивые причёски и украшения.

— А папа что скажет? — сводит брови дочка, глядя с сомнением.

Хочется сказать: а это не ему решать.

Но я так не могу. Нельзя никоим образом обесценивать отца перед ребёнком.

— Думаю, он скажет, что ты у него очень красивая, — целую её в носик. — С любой причёской.

Попрощавшись с родителями, я вызываю такси. Пока едем с дочкой домой, у звонит телефон.

— Ирин, привет! — слышу в трубке звонкий голос подруги. — Можешь говорить?

— Привет, Дашуль, да! — искренне радуюсь её звонку. Сколько мы не связывались? Уже, наверное, около полугода. — Могу! И очень хочу! Где вы? Как Георгий?

— Всё хорошо, Ириш, — голос у Дашки звенит, она счастлива и довольна жизнью — это чувствуется. — Жора получил повышение, теперь он будет управлять отдельным филиалом.

— Это же круто!

— Филиал фирмы в Турции, и приступает он уже через неделю, представляешь?

Дашка — моя университетская подруга. Мы крепко дружили, а сразу после пятого курса она уехала жить во Францию. Я скучала, конечно. Там Даша познакомилась с Георгием, он русский, и они вернулись снова в Россию. Было классно снова общаться вживую.