Книга Ярый. Пташка в клетке, страница 92 – Любовь Сергеева

Даже не пытается открыть багажник.

Валера ухахатывается.

— Ну и дурак же ты, Ярый! Благородный сентиментальный дурак.

— Это еще почему?

— А потому, образина ты неотесанная. Оставляешь за спиной врагов, идиот.

Кир усмехается:

— А что мне помешает тебя тут прикончить, раз ты такой умный и опасный?

— А тут сходняк. Кончишь меня и со своей сучкой через минуту ко мне присоединишься. Так что давай, отстегивай меня — руки уже затекли и погнали на сходняке толковать толковище.

Я испуганно смотрю на Кира — неужели этот отморозок прав?

Кир ничего не отвечает, но взгляд его спокоен, а поза внушает уверенность.

Чтобы ни решил мой мужчина, это правильно и умно. А я поддержу каждое его решение и буду рядом. Сколько бы судьба нам не отмерила времени.

Кир выпускает из багажника второго бандита, потом отсегивает Валеру.

Мы все вместе, будто старые друзья-приятели идем в главный зал, где собрались все боссы.

Это просто уму непостижимо, но это действительно происходит.

Входим в огромный прохладный зал.

Столы выставлены огромной подковой.

За белыми скатертями сидят мужчины.

Большинство из них крайне звероватого вида и синеют от наколок.

В центре подковы восседает старый почти высохший и очень сухой дядечка. Его седые волосы заплетены в длинную косу, а на глазах темные очки.

Он поводит лицом и произносит:

— А вот и последние пожаловали. Приступим.

Кир тут же выступает вперед:

— Я обвиняю Валерия Молотова!

Его громоглассный голос разносится по залу и отражается эхом под высоким потолком.

По столам проносит легкий шелест шепота.

Мне становится неловко. Я сжима плечи, словно мерзну тут.

Вдруг вспоминаю как выгляжу и краснею.

Старик отвечает:

— В чем ты его обвиняешь?

— Он пытался подставить меня и развязать войну. Хотел захватить единоличную власть и уничтожить сходняк.

Мужчины за столом взволновано зашумели.

Валера же вообще будто бы нисколько не волновался.

Спокойненько смотрел кругом с легкой улыбочкой.

— Доказательства? — нахмурился старик.

Тогда Кир взял меня под руку и вывел вперед.

— Она все видела и может подтвердить.

Поворачивается ко мне и говорит негромко:

— Расскажи обо всем что было и что видела. И ничего не бойся — мы почти справились.

Я смотрю в его синие-синие глаза. Черпаю в них уверенность и силу.

Знаю, он перевернет мир ради меня и я больше никогда не буду одна.

Никогда.

Выхожу в центр и обращаясь к старику рассказываю всем присутствующим как и что происходило. С самого начала, с той ужасной встречи за мусорными баками.

Кажется с тех времен прошла сотня лет…

Мой рассказ все внимательно слушают в полной тишине.

Тишина сгущается.

Становится просто осязаемой. В ней только мой голосок звенит.

Валера стоит все с той же улыбочкой, но уже слегка побледневший.

Я заканчиваю рассказ.

Старик говорит:

— Это серьезное обвинение. Что скажете, бродяги?

Поднимается жуткий гвалт. Каждый норовит высказать мнение.

Старик берет со стола нож и стучит по хрустальному бокалу до тех пор пока не устанавливается тишина.

— Что скажешь ты, Валера Молотовский?

Валера чутьпокачивается и нахально ухмыляясь выплевывает желчь:

— На слова одной шлюхи, у меня есть слова другой, — щелкает пальцами, и я не могу сдержать удивленного вскрика.

В зал выводят… Ирину.

Она бледная и дрожит.

Первым моим порыв было броситься к ней и обнять.