Книга Упрощение строптивой, страница 50 – Алла Матюлина

И все же, только переступив порог комнаты, я облегченно выдохнула. День сегодня выдался слишком богатым на события. Нужно было идти на специализацию Ливианны. Подруга спала, умильно прижав ладошку к щеке, и видела только светлые сны. Но все, что я могла сделать сейчас, обучаясь  на факультете полевой медицины и будучи ученицей декана, это только последовать ее примеру. Лечь в теплую постель, подтолкнуть к себе пуховое одеяло, свернуться калачиком и настроиться на светлый сон. Без смертей, без одиноких девочек, лишившихся всех родственников, и, конечно же, без Адамуса Совгияра.

И у меня получилось. Потому, что менталист мне в эту ночь действительно не приснился. Зато приснился кое-кто другой…

На этот раз я была сторонней наблюдательницей в своем сне. Я не могла вымолвить ни слова, не имела возможности пошевелиться и что самое скверное, не могла прервать видение и проснуться. Ведь будучи больше не в силах смотреть, я так отчаянно этого пожелала. Но об этом позже…

Начиналось все вполне благопристойно. Стоило мне провалиться в глубокий полудрем, как передо мной предстала банальная до простоты картина.  Это была просторная, светлая комната с большим окном и высоким потолком. В центре помещения стоял рабочий стол, выполненный из розового дерева. Справа – ровные стеллажи книг. Корешок к корешку – они стояли так плотно друг другу, что стороннему наблюдателю сразу становилось очевидно – их владелец читает часто и много. В том, что меня забросило в кабинет – не оставалось ни малейшего сомнения.  Слева расположился высокий торшер, с которого лился мягкий свет в это темное время суток. И именно над ним склонилась молодая девушка, что-то скрупулезно выводя на пергаменте, покоящемуся на ее коленках.

Личность девушки, чья жизнь мне пришла в видении, угадывалась смутно. И дело было вовсе не насыщенном каштановом оттенке волос,  еще не так давно стянутыми в серый мышиный хвост. И даже не в преподавательской мантии, красующейся на худощавом теле. Нет. Внимание привлекала гордая, слишком уверенная посадка головы. Небрежная поза, принятая девушкой. Ведь сидя в роскошном кресле – она позволила себе не только остаться в обуви, но и закинуть ноги на не менее роскошный стол! А еще – улыбка, осветившая лицо молодой женщины при появлении мужчины. Такая улыбка может принадлежать лишь человеку, не познавшего горести. И не хлебнувшего бед, как…Как я. Именно поэтому, в голове не укладывалась мысль, что эта знакомая незнакомка – и есть я. Такая похожая на меня и такая …другая.

— Ты снова украла у меня из-под носа пациента!

Вопреки словам, вошедший в кабинет мужчина разгневанным не выглядел. Напротив, столкнувшись взглядом со мной – его губы тот час же расползлись в хитрой улыбке. Словно кот, устроивший охоту на мышку, медленным шагом он подбирался к девушке. Я же, другая я – лишь безразлично скосила глаза и с деланным безразличием ответила:

— Я его не украла, ты сам его прозевал!

И вновь мужчина донельзя удивил. Вместо того, чтобы поставить на место выскочку, он преодолел разделяющее пространство, и легко, словно тряпичную куклу, подхватил девушку, и вместе с ней сел обратно. Другая яна манипуляции мужчины отреагировала прохладно. Ни жеста возмущения, ни радости от близости. По крайней мере, она так думала…А вот мне, будучи сторонней наблюдательницей этого сна, было заметно, как вздулась венка на шее девушки. А еще – как ее руки дернулись в порыве обнять прижимающего ее мужчину. Но она себя остановила, вернувшись к письму. А вот мужчина, напротив, останавливаться не был готов…