Книга Госпожа предпочитает блондинов, страница 62 – Алла Матюлина

Умник даже выпрямился.

На душе стало неожиданно тепло. Кажется, впервые в жизни, не считая меня, у Умника появилась компания, которая была за него.

После этого мой взгляд сам собой остановился на Лее.

— Даже не начинай, — предупредил он.

— Значит, тоже останешься?

— Разумеется, нет. Если моя госпожа отправляется на фестиваль, кто-то ведь должен проследить, чтобы ей не продали сладкую вату по цене небольшого поместья.

— Какая трогательная забота.

— Исключительно о семейном бюджете.

Под дружные смешки мужчин и очередные заверения, что сладкая вата действительно жизненно необходима, ужин незаметно подошёл к концу.

Мы с Леем и Лиаром переоделись, отправились к арке перехода, выбрали точку выброса в семейном квартале и вместе шагнули в сияющий проход.

По ту сторону оказалось неожиданно многолюдно.

Практически каждая женщина была в сопровождении нескольких мужей. Между домами тянулись яркие ленты и светящиеся гирлянды, вдоль улицы выстроились десятки небольших лавок со сладостями, украшениями и какими-то совершенно незнакомыми мне вещицами.

Недолго думая, я устремилась в сторону павильона, где людей было меньше всего.

У самого входа нас встретил блондин в тёмно-синей форме организатора и, дождавшись, пока мы подойдём ближе, с вежливой улыбкой указал рукой на распахнутый проход.

— Ваша задача — выйти из лабиринта своей семьёй, — объяснил он, пропуская нас внутрь. — Как только окажетесь снаружи все вместе, испытание будет считаться завершённым.

Звучало донельзя просто, но я все-таки взяла обоих мужей за руки и лишь после этого переступила порог павильона.

Первые пару поворотов ничем не отличались от обычного лабиринта, но стоило нам пройти дальше — как мы оказались в царстве зеркал, где каждое отражение сбивало путь.

Я машинально сжала мужские ладони крепче, но вдруг с удивлением поняла, что хвастаюсь пальцами за пустоту, тогда как обоих моих мужчин рядом не было.

Бр-р-р, кажется, теперь становилось понятно, почему возле этого павильона почти не оказалось желающих испытать удачу.

Впрочем, по-настоящему испугаться я не успела, потому как буквально миновав один проход я заметила знакомую фигуру.

Лей.

Я облегчённо выдохнула и направилась прямо к мужу.

— А я уже почти решила, что лабиринт проявил вкус и оставил себе самого вредного.

— Если тебе так удобнее думать, госпожа, — ответил он, выходя мне навстречу, — пусть будет так.

Я удивленно на него покосилась.

— Тогда остался Лиар, — я вновь переплела наши руки вместе, чувствуя знакомое тепло, — мы ведь не можем просто взять и выйти без него.

— Конечно, мы не уйдем без него, он ведь тоже часть нашей семьи.

Я даже с шага сбилась.

Я-то ждала чего-нибудь вроде «если Лиар успел заблудиться с его любовью к правилам, то нам всем конец».

Впрочем, почти сразу все мысли вылетели у меня из головы, потому как одна из стен вспыхнула огнем.

Пламя взметнулось почти до самого потолка, — резко, быстро, и по моей коже пробежал холодок. В голове пронеслись тысячи мыслей: от чего случилось возгорание, вмешаются ли организаторы, и вдруг это вообще проделки Главной госпожи?

— Что будем делать, госпожа? — раздался рядом испуганный голос Лея.

Я не ответила, лишь внимательно всмотрелась в пламя и принюхалась. Коридор впереди мерцал так убедительно, словно камень вот-вот должен был почернеть от жара, языки огня облизывали зеркальные стены, однако самого жара не было. Воздух по-прежнему оставался прохладным, а в горле не першило от дыма.