Книга Тайга заберет тебя, страница 77 – Александра Косталь

Он хорошо очищал мысли – от громкого звука даже думать ни о чем не получалось. Только благодаря этому ей удалось добраться до леса, больше не застревая в раздумьях.

С одной стороны оказался ее дом, с другой – Елены Федоровны. Оба выглядели не только пустыми, но и обледенелыми, будто уже давно не отапливались. Варе снова захотелось постучать в окна на случай, если вдруг мама проснется, и тогда из груди уйдет чувство полного одиночества. Всю жизнь была одна, и теперь, перед лицом опасности, снова стоит в одиночку.

Она одернула себя, ущипнув за ладонь. Как минимум последние семь лет не было ни дня, чтобы Варя чувствовала себя одинокой. С ней был Слава. И будет – в этом она могла поклясться.

Оленя не оказалось, как и крови на снегу или следа, как тащили мертвое животное. Волков, к успокоению души, здесь тоже не оказалось.

Могло показаться, что даже крайние ветви деревьев приподнимаются в приветственном жесте, приглашая Варю внутрь. Взгляд мог зацепить только ближайшие стволы из-за падающего на них света фонарей, в то время как дальше будто кто-то повесил черную тряпку – даже силуэтов деревьев было не разглядеть. На снегу остались следы от двух пар ног, уходящие в лес: большие, овальные, как от валенок, и маленькие, с рифленой подошвой.

Выходит, Слава шел сам, по своей воле.

То, что он может вырвать руку, как ни держи, Варя знала отлично – однажды ей пришлось вести его к стоматологу перед первым классом. Она не знала, чем его успели так напугать именно эти врачи, но, похоже, брат боялся всех, кто носил на себе хоть что-то, отдаленно похожее на медицинскую форму. Тогда ей пришлось гнаться за ним через весь квартал, а потом долго и упорно сначала просить, потом угрожать и снова просить. Только после этого удалось усадить брата в кресло, чтобы удостовериться, что зубы полностью здоровы.

Варя шагнула, пытаясь не топтать следы, и двинулась справа от них. Ветра не было, но она была готова поклясться, что ветки шевелятся, образуя купол над ее головой, и расходятся перед лицом. Она хорошо запомнила царапины, которые оставил ей последний поход в лес, так что была готова прикрываться.

Но теперь лес и в самом деле приглашал ее.

За ветвями не было видно ни одной звезды – они сплелись так плотно, что даже тонкий луч света не достигал этого места.

Варя полезла в карман за телефоном и с облегчением поняла, что зарядки достаточно, чтобы включить фонарик. От резкой вспышки света сразу несколько птиц, сидящих на высоте и не замеченных ею, вспорхнули в воздух, крича что-то неразборчивое.

Она не запомнила, сколько времени занял путь. Ноги уже стали подмерзать, а плечи устали от полусогнутого состояния. Но лесной тоннель все никак не заканчивался, в то время как батарея стремительно разряжалась. Варя уже сомневалась, что шла в верном направлении, и думала, будто блуждает кругами. Развернуться назад было невозможно – там ветки уже успели сомкнуться так плотно, что не представлялось возможным даже раздвинуть их руками, не то что пролезть. Сердце в груди грохотало так громко, что она даже не слышала снег под ногами, но продолжала идти, словно если остановится – точно провалится куда-то глубоко, куда обычно падают в кошмарных снах.

Когда батарея уже была на исходе, издалека стал пробиваться спасительный свет. Был это костер или чей-то яркий фонарь, Варя не понимала до тех пор, пока ветки не разошлись перед ней в последний раз, впуская на поляну.