Книга Тайга заберет тебя, страница 21 – Александра Косталь

— Почему ты такой холодный?

— Там, в окне.

Слава указал пальцем за спину, намекая на свою комнату. Та нахмурилась, предполагая:

— Ты открыл окно?

Он замотал головой в знак протеста. Ничего из сказанного она не поняла, однако решила все же узнать, в чем дело.

— Залезай под одеяло, я посмотрю, что там.

— Там лес, – могильным голосом сообщил тот, снова сжимая ее руку. – Не ходи. Там лес.

— Но ты же любил лес, – улыбнулась Варя, приобнимая его за плечи. – Помнишь, как мы за грибами ходили в гостях у тети Лиды под Самарой? И как ездили на лесное озеро? Тебе так понравился вид, что ты даже комнату выбрал со стороны леса. Что случилось, Слав? Тебе приснился кошмар?

Но брат молчал, мотал головой и, кажется, остывал с каждой секундой. Он все никак не сдвигался с места, поэтому ей пришлось взять его на руки и отнести на кровать, закутывая в одеяло, как младенца. Слава лежал безвольной куклой, не сопротивляясь.

Лишь когда она направилась к двери, он подскочил и бросился за ней, крича:

— Не надо! Не надо!

— Я просто схожу за чаем, ладно? – самым спокойным голосом сказала Варя, на какой только была способна с грохочущим в груди сердцем. – А ты оставайся здесь, тебя никто не тронет, обещаю.

— Только не ходи туда, – взмолился Слава, едва не плача.

Ей пришлось еще тысячу раз пообещать одно и то же, чтобы брат наконец остался в постели и без криков отпустил ее на кухню. Сделав пару шагов по скрипучей лестнице, чтобы показать, что она в самом деле пошла за чаем, она свернула в сторону комнаты.

Квадратная и просторная, она была больше всех остальных в доме, но созданный детскими делами хаос сильно сокращал ее размеры. Варя перешагнула через деталь лего, одиноко лежащую на пороге и жаждущую воткнуться в ногу, а потом и развязку железной дороги, занимающую почти весь ковер. В угловом комоде лежали ненужные мягкие игрушки, постель была смята, будто кто-то очень долго ее перемешивал, а стол завален школьными учебниками. Когда-то за такой бардак дочь получала ремня и на две недели оставалась без карманных денег, однако со Славой все было иначе.

Свет не горел, и она не рискнула его включать: след по полу мог ее выдать, и брат увидел бы, куда Варя пошла на самом деле. Фонарь, стоящий прямо за окном, являл очертания предметов, скрывая лишь содержимое углов, и этого было достаточно. Девушка приблизилась к окну, проверяя, закрыто ли оно, и взглянула на улицу.

Погода была спокойная, и ветер не тревожил верхушки деревьев – с неба падали хлопья, собирая на деревьях и фонаре зимние шубки, а сугробам добавляя массивности. Свет мог добраться только до края леса, а дальше начиналась непроглядная тьма, будто кто-то повесил черную ткань. Дорожка почти засыпанных следов вела к соседскому дому, с хозяйкой которого Варе удалось познакомиться, но из окна Славы была видна только его часть.

Она уже собиралась уходить, так и не заметив ничего странного, когда ее внимание привлек дым из печки.

Он не уходил в пасмурное темное небо, нет. Он поднимался на метр, а потом резко спускался до самой земли, исчезая при столкновении со снегом. Варя никогда не видела ничего подобного и не представляла, что это возможно.

Присмотревшись, она неожиданно заметила одну деталь: дым не двигался. Когда он поднимается, нельзя увидеть равномерные движения – это всегда клубы разного размера и интенсивности, будто дымоход выплевывает отходы горения.