Книга Карнавал смерти, страница 111 – Анна Тищенко

К ним подплыл официант.

— Коль, спроси у него – какие тут энергосы есть позабористее? Ну или пивка на крайняк.

Николай перевел. Официант надменно оледенел. Выяснилось – «Флориан» имеет богатейшую карту вин, крепких напитков, может похвастаться даже вручную взбитыми сливками для кофе по-венски. Энергетические напитки и прочие недостойные вещи, возможно, доступны в «Квадри». С них станется.

— Кто вообще пьет это пиво, – одобрительно скривилась Элина.

Официант кафе «Флориан», подобно опытной гейше, которая не знает, но понимает иностранные языки и чаяния клиентов, ошибочно увидел в Элине единомышленника, презирающего неблагородные напитки, и предложил ей вина.

— Нет! – Взревела она. – Чай! Зеленый.

Николай и не думал, что у хрупкой девушки может быть такой громкий и агрессивный голос.

— Соня, ну а тебя за что? – Николай, как бы невзначай, прикрыл Приапа папкой меню.

— Так я же поняла, что наши браслеты – это камеры. То есть, нас снимают и прослушивают ежесекундно. Мой папа был не просто фотографом. – Соня бросила быстрый, виноватый взгляд на мужа. Антон поджал губы. Видимо, эта тема обсуждалась супругами, и не раз. – Он делал на заказ и журналистскую съемку. Как детектив. Если нужно было незаметно что-то снять.

— Папарацци. – Выплюнул Антон.

Соня съежилась под его тяжелым взглядом, но продолжила:

— В общем, у него много такой техники было. Камеры, жучки и прочее. Но потом папа заработал и себе, и мне на квартиры, что-то скопил и занялся тем, о чем мечтал. Творчеством. В его мастерской столько всего было! Полудрагоценные камни, перья тропических птиц, цветные стеклышки, южные деревья в кадках!

Рассказывая о мастерской отца, Соня заулыбалась, ожила, но, бросив взгляд на мужа, смешалась и, скомкав свой рассказ, закончила:

— В общем, я могу отличить гранаты от объектива камеры наблюдения. Я хотела рассказать, но никто не хотел слушать. Только Максим. Он выслушал. А потом я беспокоилась за мужа, он ведь так будет переживать о моей смерти, и попросила его тоже скорее вывести из игры. Чтобы он знал, что у меня все хорошо. Правда, чудесно?

Николай молчал. То, что произошло на лестнице Ангелов, могло кончится очень плохо. Но ведь он не знал! Максим тогда так и сказал: «Да если бы ты знал, что все это не по-настоящему». «Что за игра без риска проиграть». А Николай едва не стал невольным убийцей. Из ступора его вывела Алекс:

— Ничего не замечаешь? – она кокетливо повела плечами.

Он встревожился. Такие каверзные вопросы уже были. По неопытности он беспокойно смотрел и не находил ничего дурного. Ведь на что смотрит влюбленный мужчина? Лицо, тело, выражение глаз. Как она себя чувствует, в каком настроении. Новый маникюр или платье от какого-то странного дизайнера в этот список не входят. Ладно бы платье было сшито при Навуходоносоре. Ну, тогда да, профессионал на краткое время победил бы мужчину, он бы это платье оценил. Во всех смыслах. Николай окинул беглым взглядом Алекс. И все же заметил. На ней был корсаж с глубоким декольте, темный шелк подчеркивал белизну кожи. И сверкнул кровавой искрой кулон, внутри которого переливалась, медленно поворачиваясь, бледная звезда.

— Я подарил его. – Сергей поднялся, подошел к Алекс и поправил тяжелую цепочку, на которой висел кулон.