Книга Свято место, страница 94 – Тем Гарценштейн

— Говорят, если забраться туда, можно дотронуться до неба.

Гретхен удивленно моргнула и посмотрела на него с таким счастьем, что он вздрогнул. Желчь считал себя одиночкой, но к ребенку он по-настоящему привязался.

Поэтому, когда через четыре года ее забрали, он удавился.

* * *

Труппа артистов кочевала из города в город и застряла где-то под Граникантом без запасов еды и денег. Директор решил остановиться в крошечном трактире (двадцать монет за комнату – грабеж!). Труппа наклюкалась местным зловонным пойлом и, как по шаблону, принялась искать виновника всех их бед.

Желчь, от которого несло за три метра, таился в самом углу, пальцами черпая из миски перловку. Когда высоченный бугай ударил его по носу крепким кулаком, Желчь только смог вскинуть голову и сразу же повалиться на пол.

Гретхен сперва не поняла опасности, и, когда другой мужчина наотмашь ударил ее по лицу, она упала скорее не от удара, а от неожиданности. Кто-то сдавленно засмеялся. Гретхен лежала на пыльном полу, чувствуя жар, исходящий от людей. Смотрела вверх, и смеющиеся лица выглядели такими омерзительными, что ей почудилось, будто это демоны. Она зажмурилась.

И в этот момент словно подняли тяжелые, пыльные занавесы, позволяя делать все, что только заблагорассудится. Выкрикивая и улюлюкая, как первобытное стадо, люди стали пинать и толкать ее. Десяток рук и ног, слабые и сильные удары, животное рычание. Им было совершенно плевать, что происходит и кого бить, главное – выпустить из себя терзающую обиду, выплеснуть огонь.

Гретхен до жгучих слез хотела, чтобы все остановилось. И в этом безумии она желала не прекращения боли, а всего. Чтобы – р-раз! – и погасили свет, полностью приглушая все вокруг. Гретхен теряла связь с миром, падала на глубокие слои сознания, но снова и снова возвращалась, вытягиваемая очередным резким ударом.

Гретхен не сразу заметила, как дверь трактира со скрипом растворилась и в помещение проник золотистый свет от фонаря. И чем больше открывалась дверь, тем ярче был этот свет.

— Хозяин здесь? – крикнул старый человек, держащий фонарь над головами пришедших. – Мы по поводу выпивки. Надо груз забрать и бумаги оформить!

Пьяная труппа как-то неловко, единым театральным жестом усмехнулась. Они с тех пор, как эта жуть началась, вообще не видели никого. И как пришли другие, вмиг потеряли интерес к Гретхен, переключаясь на более важные разговоры. Это был пьяный угар, после которого в памяти останется только странная тревога – будто дверь дома не закрыли и ушли.

Тело Гретхен горело от боли, но она была не в силах отвести взгляд от света фонаря. Тепло и красиво. Горящее сердце, ведущее к спасению. Желчь застонал, приходя в себя, но Гретхен могла смотреть только на этот свет.

И тут в трактир вошел кто-то, закрывая собой фонарь, но золотистый полукруг света остался сиять вокруг его головы.

То был человек.

Хлопнув в руки, судьба, таившаяся много лет, радостно всучила маленькой Гретхен ее шаткое будущее.

* * *

Вздрогнули ресницы, она медленно открыла глаза.

Возле нее на стуле, положив ногу на ногу, сидел человек. Красные волосы небрежно падали на лицо. Гретхен захрипела, и он, обратив на нее внимание, усмехнулся.

— Плохо выглядишь.

Он ненастоящий. Гретхен уверена. Настоящий не тратил бы время. Но даже галлюцинация заставляла ее лихорадочно трястись.