Книга Сегодня я слишком занята, страница 137 – Кан Ривон

В конце концов, мысль о возможной любви Херейса была глупым заблуждением. Этот человек не мог измениться. Даже если обстоятельства заставили его казаться другим, он остался все тем же Херейсом. Тем, кто предал меня и убил Луиса.

Выходит, все это время я терзалась нелепыми сомнениями и путалась в чувствах к человеку, в то время как он, улыбаясь мне в лицо, методично готовил мою гибель.

Мои губы задрожали.

* * *

Утро только началось. Я едва успела доесть завтрак, а в дверях уже стояла Оливия.

— Прибыла леди Оливия.

— Так скоро?..

Стоило ей получить мое письмо с просьбой заглянуть, как она тут же примчалась. Я встретила ее с теплотой.

— Эйлин!

— Спасибо большое, что приехала.

— Ну а как иначе? Это же твоя просьба! – улыбнулась она в ответ.

Сейчас я была вдвойне рада ее видеть – и благодарна за то, что она бросила все и примчалась ко мне по первому зову.

Вскоре Эмиль подала чай и угощения. Мы обменялись приветствиями, перекинулись парой фраз о делах, и уже потом Оливия, посерьезнев, спросила:

— Эйлин, у тебя что-то стряслось?

Хотя в письме я звала ее «просто в гости», все же мое внезапное «приезжай» ее явно насторожило. Слова, которые я собиралась ей сказать, вдруг застряли в горле. Попытки играть на чувствах Херейса вызывали во мне все более мерзкое ощущение – будто я предаю саму себя. А письмо Оливии о важности дистанции попало точно в цель: казалось, она все это время наблюдала за мной со стороны. Еще вчера у меня накопилась к ней целая гора вопросов.

Но за одну ночь обстоятельства изменились. Я уловила признаки того, что Херейс вел тайную игру. И высока вероятность того, что это было связано со сбором средств для подготовки заговора. Даже создав красивую картинку для окружающих, он все равно продолжал действовать. В итоге ни тогда, ни сейчас ничего не изменилось. Я думала, что поменялось многое, но все это время лишь обманывала себя.

Я ушла в себя и не ответила, поэтому Оливия осторожнее спросила снова:

— Это… связано с нашим разговором в прошлый раз?

— …

— Так я и думала. Все-таки что-то случилось?

Оливия вглядывалась в меня с тревогой.

— На самом деле все отличается от слухов?

Она спрашивала осторожно, но с уверенностью: у нее были свои догадки.

Эти «слухи» в свое время пустила я сама, а потом их подхватили сплетники – и все обросло домыслами. Из-за того, что наши добрачные отношения были односторонними, все пророчили нам несчастливый брак. С этим никто даже не спорил. А когда после свадьбы я вернулась во дворец, люди окончательно в этом убедились. Некоторые даже умудрялись заключать пари на наше с Херейсом будущее. Но стоило мне вернуться в поместье, как все вмиг переменилось. Херейс вдруг начал прилюдно проявлять ко мне чувства, порвал со всеми своими любовницами – и в глазах общества наши отношения повернулись на все сто восемьдесят градусов.

И все же люди шептались: «Это мы еще посмотрим». Им не хотелось верить в столь внезапную перемену, они привыкли упиваться чужим несчастьем. Однако взгляды со стороны лишь множили существующие слухи. Дошло до того, что все заговорили о том, как мы с Херейсом наслаждаемся «сладким медовым месяцем». Вся империя загудела об этом.

Ирония в том, что все, кто думает, будто здесь что-то нечисто, от начала и до конца правы. Эти слухи и правда распускались намеренно. Только вот Оливия сомневалась в сплетнях по совершенно иной причине.