Книга Наследник иллюзий, страница 202 – Мэделин Тейлор

— Можешь попытаться, – мягко произносит Дарроу и впервые с начала разговора поднимает на меня взгляд. – Но подумай, что случится, если ничего не выйдет.

Когда я осознаю смысл его слов, у меня по спине пробегает холодок.

Неудача означает смерть, не только для меня, но и для моих друзей. Возможно, для всего города. Если альманову не остановить, сколько еще Потерянных появится на улице? Но вот готова ли я убить невинных, чтобы спасти всех остальных?

Я думала, что знаю каждый темный уголок в душе, но, видимо, глубоко ошибалась. Оказывается, во мне остались еще неизведанные грани, причем не менее уродливые, чем остальные. «Но так ли они новы? – спрашиваю я себя. – Ведь мне всю жизнь приходилось совершать трудные поступки и жить с последствиями».

Набравшись решимости, я стискиваю челюсти. Мне вовсе необязательно упиваться совершенными сегодня убийствами; нужно просто признать, что это необходимо. Я вновь вспоминаю слова Кассандры, которые она сказала на балу:

«С правдой нельзя бороться, дитя. Только принять такой, какая она есть».

Охваченная смесью решимости и стыда, я заставляю себя посмотреть на Торна.

— Я справлюсь.

Он кивает, несколько мгновений изучает меня, а потом снова обращается к группе:

— Пора выдвигаться.

Мы быстро выстраиваемся в определенном порядке: Торн и я идем впереди нашей маленькой группы, Делла и Дарроу – сразу за нами, а Фия и Гриффен прикрывают тылы. Ночной воздух идет рябью и словно уплотняется, когда вокруг нас сгущаются тени Торна. Они, конечно, не скрывают нас полностью, но в определенной степени маскируют, когда мы выходим на открытую улицу.

В Низине царит жуткая, неестественная тишина. По меньшей мере половина уличных фонарей не горит, поскольку городские власти не озаботились долить в них масла, питающего пламя. Такие привилегии доступны лишь более состоятельным районам, а Портовому остается довольствоваться лунным светом, который хоть немного разгоняет тьму.

Когда мы заворачиваем за угол и выходим на улицу, где нас ждет серый дом, у меня по спине пробегает холодок. Кровь стынет в жилах, несмотря на то что ожерелье начинает нагреваться. Волоски на руках встают дыбом, подсказывая, что за нами наблюдают.

— Вы это видите? – шепчет позади меня Делла.

Я оглядываюсь через плечо и вижу, что она рассматривает один из близлежащих домов с заколоченными окнами. Сквозь щели между досками за нами следят несколько пар глаз.

— И там тоже. – Фия привлекает наше внимание к дому на другой стороне улицы.

Я осматриваю остальные здания и в каждом нахожу одно и то же. За нами следят десятки людей.

— Они повсюду. – Внутри меня все сжимается от страха.

— Как будем действовать? – спрашивает Фия, наводя арбалет на одно из окон и удерживая палец на спусковом крючке.

— Без крайней необходимости в бой не вступать, – велит Торн, стискивая челюсти. – Держимся вместе и продвигаемся вперед. Пока они остаются внутри, хлопот не доставят.

Он на мгновение встречается со мной взглядом, после чего мы продолжаем путь. Вскоре до меня доносится скрежещущий металлический звук, и я невольно оглядываюсь через плечо – то Дарроу вынимает из ножен тонкую рапиру с золотой рукоятью, инкрустированной изумрудами размером с мои глазные яблоки. Его светлые кудри стянуты сзади лентой, а белая рубашка с длинными рукавами выпущена из штанов. Что-то в последнее время он слишком увлекся пиратской тематикой. Покачав головой, я снова переключаю внимание на то, что ждет впереди.