Книга Наследник иллюзий, страница 138 – Мэделин Тейлор

Он обнимает меня и притягивает к себе, но так, что наша кожа не соприкасалась.

— Чаще всего стыд не имеет под собой оснований. И все же он проникает в сознание и порождает в нас чувство вины за то, в чем мы не виноваты. – Его брови сходятся на переносице, и он смотрит мне в глаза. – Ты в самом деле веришь, будто Леона хотела бы, чтобы ты винила себя в ее смерти?

Я качаю головой. В глубине души понимаю, что он прав, но такого рода боль так просто не проходит. Некоторые раны и вовсе не затягиваются всю жизнь, напротив, становятся лишь глубже, и кажется, что исцелить их невозможно.

Что-то щекочет мою ногу, и я опускаю взгляд. Одна из змеек Торна обвилась вокруг меня, положив сотканную из тени голову мне на икру. Когда понимаю, что она пытается меня утешить, я выдавливаю едва заметную улыбку.

Сейчас, с опухшим лицом и покрасневшими глазами, я наверняка выгляжу отвратительно, однако Торн, похоже, не обращает на это внимания. В его глазах нет осуждения, пока он утирает мои слезы и заправляет мне за ухо прядь медных волос. Может, порой полезно давать волю чувствам, сломать все возведенные в душе преграды, чтобы после начать исцеляться? В кои-то веки я не загоняю эмоции обратно и не пытаюсь запереть их в ментальной тюрьме.

Я выпускаю их наружу.

Торн предложил отнести меня обратно в комнату, но я не хотела рисковать, что нас заметят вместе. Вместо этого я попросила его оставить меня на опушке леса, в нескольких минутах ходьбы от северного входа во дворец. Перед тем как улететь, он, казалось, хотел что-то сказать, но молча развернулся и взмыл в небо. Это уже входит у него в привычку.

Я босиком пробираюсь по лесной подстилке, у меня под ногами хрустят ветки. Густой полог листвы почти скрывает солнечный свет, создавая жутковатую атмосферу. Если двигаться в противоположном направлении, можно довольно быстро добраться до завесы. Стоит лишь подумать о душах, которые плывут через этот лес, не в силах сопротивляться зову одинокой каменной арки, как у меня по спине пробегает холодок.

Мне даже жаль их. У этих душ больше нет права выбора, им остается только двигаться в заданном направлении, как бы ужасно это ни звучало…

Трудно сказать, что я чувствую после того, как рассказала о себе Торну. Нет, я по-прежнему не думаю, что ему можно доверять. Он бог. И лгал мне с самой первой встречи. Более того, ему выгодно посеять хаос при дворе Бэйлора. Я понимаю, что небезразлична ему, но дальше этого дело не зайдет. Ни один из нас не волен сам выбирать свою судьбу.

И все же было приятно немного облегчить свою совесть и ради разнообразия позволить себе побыть честной и откровенной.

Почти у самых ворот дворца меня охватывает беспокойство. В воздухе витает нечто странное, настораживающее. Я внезапно замечаю, что ко мне навстречу бежит какой-то мужчина. Напрягшись, тут же тянусь к ножу, обычно висящему на бедре, и лишь через мгновение понимаю, что это Беллами. Я плотнее запахиваю плащ, чтобы спрятать окровавленную ночную сорочку. Думаю, с него хватит моих грязных босых ног.

Не замедляя бега, брат врезается в меня, крепко обхватывает руками и прижимает к себе.

— Я так волновался, – выдыхает он.

— Бел? – Что это на него нашло?

Он немного отстраняется и тут же замечает мои опухшие, покрасневшие от слез глаза. У него вытягивается лицо.