Книга Заноза для космического Ректора, страница 44 – Карина Вознесенская

— Это из-за воздуха, которым ты дышишь. Это не панацея и она не лечит.

— Знаю, но я обязана была попробовать продлить свою жизнь.

— Ты не продлеваешь ее. Ты просто не чувствуешь, как умираешь. Это не лечение! — выкрикиваю, поражаясь ее спокойствию.

— Знаю! И я знала, на что иду, потому что… — она крепко стискивает губы. Смотрит на меня с недоверием и молчит. — Неважно. Самое главное, что я здесь.

Отступаю от нее и тяжело выдыхаю. Это заноза сведет меня с ума. Я не должен ей говорить. Оглядываюсь назад. Она забирается на мой стол и поджимает под себя ноги.

— Я не нуждаюсь в жалости. Если я умру здесь, то это хотя бы не будет сопровождаться нестерпимой болью.

— Ты идиотка, — качаю головой, опуская ее на прохладную поверхность окна. Оно тут же запотевает от моего дыхания.

— В курсе. И то, что меня не спасти тоже. И про отсутствие лечения я знаю не понаслышке.

— Чудно.

В груди разрастается настоящая борьба. Одна часть меня хочет сказать ей правду, но вот вторая твердит о том, что наша раса опять может оказаться под угрозой.

Я проходил это не раз. Я знаю на собственном опыте, почему на нас охотятся, и если земная женщина узнает всю правду, то я поставлю нас под прямую угрозу. Но и не сказать ей правды я не могу.

— Ректор Кассиус, — она внезапно спрыгивает со стола. — Если на этом все, то я пойду. Я уже поняла, что мне здесь делать нечего. И я говорю не про ваш кабинет.

— Стой, — борясь с собой, окликаю ее, когда она касается дверной ручки.

— Слушаю вас, ректор Кассиус, — в ее глазах застывает отчаяние.

Беру себя в руки и все же говорю то, чего не должен был. Категорически не должен. Я собственными руками вписал это правило в десятку важнейших. Оно стоит на первом месте. Четко выведенное крупными буквами.

— Мы с тобой вступили в гон, и у тебя на шее есть метка.

— Я знаю. Она излучает тепло, когда я ее касаюсь.

— Я не об этом.

— Тогда о чем?

— Твоя болезнь не уничтожит тебя, — говорю на одном дыхании. Ее брови сводятся к переносице. Ройз с недоверием смотрит на меня, а я надеюсь лишь на одно.

Я надеюсь, что она не станет той, кто намеренно проник в академию и связался с галианцем, только чтобы болезнь ее не уничтожила.

— Что ты имеешь в виду? — ее голос пропитан сомнением.

— Из-за метки на твоей шее, мои клетки способны блокировать раковые клетки в твоем организме. Это своего рода связь между нами. Именно поэтому ты так быстро пришла в себя. Именно поэтому твой организм восстанавливается без какой-либо помощи. И именно мои клетки прямо сейчас блокируют твой рак. Они не способны тебя излечить полностью, но твоя болезнь полностью купирована. Эти клетки не позволяют ей сжирать тебя изнутри, а те клетки, которые не направлены на блокировку рака, постепенно восстанавливают то, что было повреждено ранее.

— Хочешь сказать, что из-за метки на шее…

— Дело не в метке, а в том, что мы одновременно испытали гон, и таким образом появилась связь.

— И ее невозможно разрушить?

— Это неважно. Главное, что пока метка на твоей шее, ты в безопасности.

— Ректор Кассиус, вы уверены, что готовы начать индивидуальное обучение с такой студенткой, как я? — поправляю форму и вытягиваюсь по струнке смирно.

— У вас есть какие-то возражения, курсант Ройз? — его губы растягиваются в опасной ухмылке.