Книга Заноза для космического Ректора, страница 14 – Карина Вознесенская

— Эй, ты как? — отдаленно доносится до меня знакомый, встревоженный голос. Он проникает глубоко в сознание, напоминая о случившемся.

Подскакиваю, ударяясь головой о что-то твердое. В глазах снова возникают черные мушки. Что произошло? Задираю рукав белого халата, который чудом оказался на мне.

На руке все еще осталась отметина в том месте, где в меня вставляли огромную иглу.

— Почему я отключилась? — испуганно поворачиваюсь в ту сторону, откуда исходил мужской голос.

Майк стоит вровень возле моей закрытой капсулы. По всей видимости, я ударилась именно об нее, когда пыталась встать.

— Откройте! — выкрикиваю, обрушиваясь кулаками о стекло. Почему меня вообще здесь закрыли? Страх сковывает все тело. Дышать становится труднее.

— Открой ее, — командует… Кассиус?

Сглатываю. А он-то, что здесь делает? Легкий писк. Стекло капсулы словно растворяется в пространстве. Вжимаюсь спиной обратно в матрас. А можно сказать, что я передумала и согласна остаться в закрытой капсуле?

— Майк, выйди, — командует он.

Ну все! Точно доигралась. Какой там мне отбор, если я даже анализы сдать не смогла. Отправят меня сейчас в утиль, и плакала моя тайная миссия.

— Так точно! — удар каблуком ботинка о пол, и тяжелые шаги отдаляются.

Вжимаясь в капсулу каждой клеточкой своего тела, зажмуриваюсь. Чувствую, как по телу блуждает тяжелый взгляд. Моя кожа буквально горит огнем, пока Кассиус сканирует меня. Внизу живота все странным образом оживает, затягиваясь в неимоверно тугой ком. Он причиняет легкий дискомфорт. Стараюсь контролировать себя, но выходит отвратительно.

— Да хватит вам уже! — не выдерживая, выкрикиваю я. Распахиваю глаза, встречаясь взглядом с насмешливым взглядом Кассиуса.

— Хм, а ты, оказывается, намного интересней, чем я мог себе представить, — хмыкает он.

Хочется раствориться в пространстве, от этого пристального взгляда. Рассыпаться на миллиард атомных частиц и провалиться сквозь дно этой космической капсулы.

— Вам кажется, — сглатываю. — Не вижу ничего интересного в том, что я отрубилась, пока у меня брали анализы.

Как бы тяжело это ни было признавать, но факт на лицо. Я провалилась.

— В этом и заключается твоя странность, курсант — Ройз.

Курсант — Ройз? Это я что ли курсант? Меня взяли или я все еще в бреду?

Щипаю себя за руку и вскрикиваю от боли. Нет! Я точно не в бреду.

— Что это значит? Я же… Огромная игла и я… — тараторю от переизбытка чувств.

— В этом и заключается твоя странность. Ни одна земная особь не чувствует боли после нанесения анестетика на поверхность кожи, но ты…

— У меня повышена чувствительность? — выдвигаю свое предположение.

Тело реагирует довольно странным образом. По нему проносится настоящая волна жара. Она словно опыляет не только мою кожу, но и все мои внутренности. Обжигает. Фокусируется внизу живота и буквально выжигает меня изнутри приятным теплом.

— Нет, курсант — Ройз. Здесь все намного сложнее, и если бы ты сдала анализы до того, как попала на корабль, то мы бы об этом и не узнали. Там используют совершенно другую технологию забора материалов.

— Что вы хотите этим сказать?

Да что же тут так жарко? Разве медицинское учреждение не должно быть хорошенько проветриваемым?

— То, что Стрэйг прав. Ты действительно ценный материал.