Книга Восемь недель за вуалью, страница 46 – Дарья Верескова

— Только с Катариной. Она привела тебя в поместье. Её отца и брата мы никогда не встречали, как и дальних родственников. Но Мария говорит, что сегодня на ужине будут все, даже те, кто не живут в доме.

Судя по тому, как носились слуги, к ужину готовились давно.

— Я слышала твой разговор с Эллен. Он касался ритуала. Ты считаешь, что… Катарина тоже будет принимать участие в нём? Как и ты?

Анна кивнула.

— Да. Она уже невероятно преданна Рою и делает всё, о чём бы он ни попросил. Пойдём, мы узнаем больше за ужином. Для меня этот ритуал такая же загадка, как и для тебя, но своё решение я уже озвучила.

На ужине меня неожиданно посадили по левую сторону от Катарины, в то время как Эллен сидела по правую, а сама леди — в середине стола, напротив Роя. При этом она пришла с небольшим опозданием, вместе с Феррелом, тогда как остальных уже усадили.

Когда лорды вошли в огромную, богато украшенную столовую, многие из присутствующих людей поднялись, приветствуя их, громко скрипя стульями. Не все — Билл остался сидеть на месте, как и Эллен, как и я.

Почему Рой занял центральное место за столом? Почему не отец Катарины?

Де Лоренцы выглядели довольными, богатыми и чрезвычайно холёными, напоминая мне чем-то мать Роя. Видимо, те, кто выросли в достатке и имели древнюю родословную, подсознательно придерживались манер поведения, о которых большая часть населения даже не задумывалась.

Эллен тоже была одной из них, хотя, конечно, не могла сравниться родословной с Роем или Катариной.

На длинном столе теснились многочисленные блюда: запечённый фазан с розмарином, гусь в медовой корке, густая похлёбка с ячменём. На серебряных подносах лежали ломти оленьего окорока и копчёной рыбы, рядом — сыры и пшеничные лепёшки. В плетёных корзинах — яблоки и груши, рядом — кувшины с красным вином и пряной настойкой.

— За успех ритуала! Мы ждали этого дня почти сотню лет! — поднял вверх богато украшенный кубок отец Катарины, лорд Энтони де Лоренц.

Ему было не более сорока пяти — совсем ещё молодой возраст по меркам Астралиса. Он казался невероятно харизматичным и сильным мужчиной, приветливым, располагающим к себе. Был с нами подчеркнуто доброжелателен, но всё время говорил о ритуале. Никто его не перебивал, никто не спрашивал, был ли этот ритуал вообще настоящим.

— А что случилось сто лет назад? — спросила я, следя за тем, как Рой подкладывает Катарине кусочки копчёной рыбы. Он демонстративно ухаживал за девушкой… прямо на глазах своей законной жены.

Катарина же, казалось, таяла от его внимания.

Это неожиданно напомнило мне о нашем прошлом. Когда во время редких совместных ужинов с его друзьями он всегда заботился об Эллен, подкладывал ей самые вкусные кусочки, помнил, что она любит, а что — нет. В какой-то момент они даже носили одинаковые броши, добытые из-за Вуали. Рой уверял, что это только её желание, и «если уж им досталась такая драгоценность, глупо её прятать.»

Почему он вообще подарил парную брошь Эллен?

Я никогда не спорила, не спрашивала, почему он соглашается с её просьбами, почему она везде приглашена, даже туда, где мне места не было. Почему он всегда мчался к ней по первому зову, порой забывая о наших праздниках.

— Из поколения в поколение мы несли драконью кровь, как и все правители городов… пока она не перестала отзываться. Просто разом. Я не знаю, что случилось, но верю, что мы не можем больше прятаться. Нам нужна свежая драконья кровь, новая сила — такая, какую мы нашли в лорде Ферреле из Астралиса.