Книга Мир без вуали, страница 150 – Дарья Верескова

— Конечно мы отпустим тебя, но не сразу. Мы не смогли извлечь из тебя Целесте, но этот чип даёт нам достаточно рычагов, чтобы эффективно тебя использовать. Возможно, позднее мы извлечём её для изучения, но сейчас мы смогли настроить твои параметры так, чтобы вызвать ещё больший конфликт между дракаррами. Таррен Ардор пытается это остановить, он даже собирался жениться на дочери другого дракарра, и теперь они знают, что Око пропало, — по-моему, ему доставляло удовольствие чувство собственной силы.

Я не видела, где он находится, смотрел ли он на меня сейчас, что делал.

Значит, Таррен вновь пытался жениться на Октавии…

Почувствовала лёгкий укол в ногу и дёрнулась от неожиданности, а потом её всю — от колена до ступни — сковали в какое-то устройство. Ногу я практически сразу перестала чувствовать, даже если бы они отрезали её, я бы этого не поняла, и из-за этого паника тошнотой подступила к горлу.

— Ну-ну, не надо так волноваться, мы не сделали с тобой ничего непоправимого… пока. После того, как ты чуть не уничтожила нас всех.

— А скольких уничтожили вы? Сколько людей умерло после появления вуали просто потому, что внутри они не могли добыть еду и воду? — нападение — лучшая защита, иначе мне становилось слишком страшно.

И что он имел в виду под «вызвать ещё больший конфликт между дракаррами»?

— Не больше ста пятидесяти миллионов. Но оставшиеся благодарны нам за защиту.

Сто пятьдесят миллионов человек! Я представила, что творилось в заблокированных городах в первые дни после появления вуали, особенно там, где не было драконов...

— Правда благодарны? За вуаль, которую могут проходить только земляне? Ты был за ней, знаешь, сколько там нежити? Думаю, до вашей потрясающей «защиты» люди умели бороться с нижитью и она не размножилась до таких значений.

— Не мы первые нарушили баланс, это сделали драконы, и ты прекрасно об этом знаешь. По крайней мере для тебя я не должен переписывать историю. А теперь будь добра, не дёргайся…

Я улавливала только прикосновения к ногам — слабые, потому что мне вкололи анестезию, но чувство ужаса от этого никуда не уходило. Перед глазами вставали видения отрезанных и изуродованных ног, всё тело свело болезненным спазмом, и я поняла, что тихо всхлипываю.

Где-то у моих ног послышался взволнованный шёпот врачей.

— Думаю, тебе нужен массаж, твоё тело слишком сковано. Времени у нас не так много, но материал, полученный от тебя, уже приблизил нас к воссозданию протокола. По крайней мере пятеро драконов свободны, и когда ты умрёшь, освободится ещё один, — недовольно произнёс мужчина, собираясь уходить.

Хуже всего было то, что я чувствовала… облегчение. Они уйдут, оставят меня в покое, пусть ненадолго, но я смогу прийти в себя. Так я теперь и жила — в бесконечном цикле, короткая передышка, когда они уходили, и судорожный выдох, когда возвращались, потому что оставаться в сознании и просто ждать следующей процедуры тоже было невыносимо.

— Он скоро прибудет… Отдыхай, Фран.

— Подожди! Что ты имел в виду, когда сказал, что сможешь изменить мои настройки и вызвать ещё больший конфликт среди дракарров?

Мужчина остановился, мне даже показалось, что он раздумывает, отвечать мне или нет, но любовь к демонстрации силы всё же взяла верх.

— Дракарры очень любят землянок, ты заметила? По-разному, конечно, но землянки влекут их сексуально намного сильнее, чем собственные женщины, об этом мы узнали давно. Дело в генетической комплементарности, землянки обладают чужеродным типом генов, и рецепторы дракарров распознают это различие как максимальную эволюционную выгоду. У кого-то разница больше, у кого-то меньше. У Исабо она была огромной, и это, наверное, стало первым, что привлекло к ней Вигорра.