Книга Пленница Лютого Альфы, страница 58 – Светлана Ворон

Нежная, хрупкая и вся такая из себя ранимая. Дунуть страшно, что у неё хребтина переломится.

И я. Тварь, которую человеком нельзя назвать даже в людском обличии. Я зверь в любой шкуре. Гнилая падаль. Мразь. Убийца.

А главное, какого хера меня вообще волнует её реакция?! Я что, прыщавый пацан, таскающийся за самой популярной в школе тёлочкой? Которая ещё и выбирает из десятка пускающих слюни кандидатов, кокетливо откидывая за плечо прядь волос.

Да на хую я вертел такие фырканья от тощей бабёнки, которая ничё из себя не представляет.

«Нет, конечно», бляха.

Хватаю вискарь и плещу себе в лёд. Янтарная жидкость сладостью дразнит нос, покрывает позвякивающие в стакане прозрачные кубики. Рука, блядь, аж трясётся.

Ярость внутри херачит, как будто кувалдой по самому больному мне бьёт.

Вот жил же себе без проблем. А теперь накидываюсь херотой, как обиженный сосунок.

— Ты всё ещё здесь? — Дёмыч занимает барный стул рядом со мной с некоторой опаской.

— Ты всё ещё жив? — цежу злобно.

Ебало целое, всё уже зажило, мать его. Старался, разукрашивал, а этому уроду всё нипочём.

— Я думал, что ты уйдёшь… — смелеет, жопу свою пристраивает, сволочара.

Клуб в это время утра совсем пустой. В зале тишина, фоновая музыка еле слышно. Ни бармена ещё нет на рабочем месте, ни официанток. Только я, Дёма, охранник на входе и две уборщицы что-то шкрябают.

— Некуда, — кривлюсь, не хочу вести ни с ним, ни с кем задушевные. В груди и так мерзко. — Но спасибо за подсказку.

— Горе заливаешь или радость? — опять нарывается, не уймётся.

Сжимаю кулак. Еле сдерживаюсь.

— Слушай, давай зароем топор, — пускается в ненужные объяснения. — Ну, всё ж хорошо закончилось! Тёлка твоя жива!

— Она почти умерла! — ну, всё! Ударяю кулаком стойку так, что по ней расходится трещина. — Я чуть не опоздал!

— Я не знал, что ты так сильно к ней привязался, — продолжает по ушам ездить, бесит до зубовного скрежета. — Ну, правда. Ты же сам ржал, называл её «просто шлюхой». Я же не телепат! Химик вот сразу просёк твой интерес. А я не верил, что сработает, до последнего.

Дем хватает ещё один стакан, но не осмеливается забрать у меня бутылку. Которая аж похрустывает в моих напряжённых пальцах.

Нахуя я его выслушиваю? Дать ещё раз в ебало и свалить отсюда.

Да только куда. Нигде не спрячешься. Хата оккупирована двумя сучками.

— Ну, не злись! — воодушевляется Демьян, потому что я сегодня терпила, бля. — Ты же понимаешь, это было для пользы дела. Ради будущего всех нас.

— Ну и что, тебя можно поздравить? Ты стал альфой? — язвлю.

— Нихуя, — посмеивается этот бессмертный. — Что-то явно нужно ещё, кроме крови.

— Я так и думал, — залпом выпиваю разбодяженный льдом вискарь и разбиваю стакан и стойку.

— Что, почему? — вскидывается бывший друг.

Мрачно на него смотрю. Сканирую тварь, которому доверял, изучаю каждую молекулу.

— Если бы было так просто, вы бы давно это просекли. Не впервые полукровка альфу побеждает, было же немало случаев. Но это первый и единственный раз, который привёл к такому эффекту.

— Химик сказал, там в крови какие-то особые ферменты образуются, которые зависят от настроения, — кивает Дёма. — Он попробует синтезировать их и понять, что именно довершило его оборот. А там и до вакцины недалеко.

— Ну, удачи вам на этом светлом поприще, — в каждом моём слове сквозит презрение.